— Разве? Я так не думаю. Вроде, наоборот, вы встречались с двумя одновременно… — ухмыльнулся его подчиненный Сэкигути. Казалось, он только рад посмеяться над начальником.
Глядя на смущенное лицо Сибаты, он сказал:
— Так это правда! Ну и плохиш вы.
— Хотя вы встречались с Нисиокой, вы стали приставать к молоденькой подчиненной? У-у, да это же никуда не годится!
Все единогласно насмехались над Сибатой.
— Нет, нет! Это не я с ней флиртовал! Она сама попросила с ней встречаться!
— Э-э-э… правда?..
— Правда! Я бы ни за что не стал приставать к своим подчиненным!
Сибата немного разозлился. От алкоголя у всех потихоньку начал развязываться язык. Перед Сибатой стояло три бутылки саке.
— Хорош, Сибата. Мечта каждого в вашем возрасте найти двадцатисемилетнюю жену, — произнес тридцатилетний холостой Сэкигути.
— Да-да! Еще и она сама призналась. Здорово-то как!
— Но хорошо, что не раскрылось то, что сразу с двумя встречался.
— Черт, если бы я знал, то рассказал бы до свадьбы.
Мужчины не унимались. Аки и Мами не могли ни присоединиться к разговору, ни есть, поэтому просто ковырялись палочками в тарелках.
— Подождите, моя жена начала со мной общаться, зная, что у меня есть девушка, — с легкой гордостью заявил Сибата. Его пьяное лицо становилось все краснее.
— Я начинаю еще больше злиться!
— То есть ваша жена, Сибата, зная, что у вас есть другая, еще больше разгорелась страстью? Женщины — жуткие создания!
— Вот почему у вас брак по залету. Да вас, Сибата, подставили!
— Неплохо быть подставленным двадцатисемилетней-то! Я тоже так хочу.
— Да говорите что хотите, — ухмыльнувшись, сказал Сибата.
Фу, как неприятно их слушать! Интересно, мужчины действительно гордятся такими вещами?
— Нисиоке ведь хуже пришлось. Неужели вы расстались без скандала?
— Нет, мы расстались спокойно, как взрослые люди, вот потом уже… — самодовольно улыбнулся Сибата.
— О, а что произошло?
— Спустя три месяца где-то, когда я выходил из метро, возвращаясь домой, она поджидала меня.
— О, та самая Нисиока?
— Поднимаюсь по лестнице и вдруг вижу: с самого верха на меня смотрит. Словно задумалась о чем-то. И это было поздно ночью, поезда как раз должны были перестать ходить. Страшно же, нет?
— Немного пугающе как-то.
— Ну, и что вы сделали?
— Мне даже стыдно об этом говорить, но я так растерялся, что оттолкнул ее и убежал.
Мужчины сразу потеряли контроль:
— Ну это уже слишком!
— Да вы слабак, Сибата!
— И как же вы смогли сразу с двумя-то встречаться?
— Ну вы поставьте себя на мое место. Меня преследует женщина, с которой я расстался. Наверняка и вы бы испугались!
— Так вы и сами были виноваты, нет? Вы должны быть благодарны, что вас ножом еще не пырнули!
Аки разозлилась. Разве над таким можно смеяться? Зачем вообще это знать посторонним людям? Часто мужчины хотят быть в центре внимания, хотят завоевать интерес окружающих, поэтому спокойно рассказывают и небылицы, и личные истории. Интересно, Сибата высмеивает бывшую по этим же причинам?
— Опять же, Сибата, вы преувеличиваете! — вмешалась Аки.
Ей не хотелось, чтобы этот болезненный разговор продолжался. Все внимание теперь было приковано к ней.
— Мне Нисиока рассказывала об этом. Что случайно столкнулась на станции с вами, но вы побледнели и убежали. Она рассмеялась и добавила, что, вообще-то, не собиралась вас съесть. Сибата, вы, наверное, чувствовали себя виноватым перед Нисиокой, вот и неверно все истолковали, не так ли? — Аки сказала это так весело и непринужденно, что остальные сразу же согласились с ней.
— Что, Сибата все себе надумал?
— Наоборот, может, он сам этого и хотел? Чтобы его преследовали?
— Нет, это…
— Наверное! Не будет же Нисиока вечно зацикливаться на мужчине средних лет.
Обсуждение происходило за выпивкой, и темы разговора часто сменялись. Едва ли завистники Сибаты могли позволить его хвастовству продолжаться вечно.
— Это просто показывает, какой добросердечный Сибата человек. Что ему действительно жаль женщину, с которой он расстался, верно? — Аки решила немного помочь Сибате, ведь он по-прежнему оставался важным деловым партнером.
— Ну как сказать… — туманно ответив, рассмеялся Сибата. Он выглядел напряженным.
— Ой, извините, а не могли бы вы подать то блюдо во фритюре? — Аки сделала невозмутимое лицо и притянула к себе жареную курицу.
— Аки, а разве у тебя не плохие отношения с Нисиокой? — словно припоминая, заметил Сэкигути.
— Да-да, я слышал, что вы сильно повздорили в торговом зале…
— Нет, ничего такого! — улыбнулась Аки; теперь и она напряглась. — Кто такое говорит?
— Да так, ходят слухи по всей индустрии нашей, что Нисиока над вами издевается.
Все казались очень заинтересованными. Вероятно, поэтому-то слухи и распространялись. Но Аки как ни в чем не бывало легко парировала нападки:
