Единственный минус этого дня – встреча с Джеем и Николь. Забавно, что я всегда думала, что буду так счастлива, когда они больше не будут вместе. Наверное, я страдала за все свои недобрые пожелания. Да, когда они были парой, я была несчастна, но сейчас мне хотелось просто исчезнуть. Взгляды, которые они бросали на меня, чувство вины, которое они хотели, чтобы я чувствовала, доказывали, что эти двое действительно должны быть вместе. Но я не позволяю им доставать меня, не так сильно то есть.
У меня есть Коул, у меня есть мои друзья, так что все не так уж плохо. Хотя дело в том, что я понимаю, почему Николь меня ненавидит. Пусть и непреднамеренно, но мой всплеск честности оставил ее на обочине жизни. У нее нет друзей, даже ее приспешники покинули ее в поисках новой королевы школы. Николь все еще в танцевальной команде, но, как я слышала, они сделали ее изгоем. Я думаю, вы действительно не можете позволить себе быть брошенной Джеем Стоуном.
Джей – это просто пазл, и я понятия не имею, как собрать все кусочки воедино. Да, я отвергла его ухаживания, но неужели он ожидал, что я прибегу к нему? Отдайте мне должное. Он ведет себя как полное ничтожество по отношению ко мне и Коулу. На его месте я бы не стала испытывать терпение моего сводного брата – немного осторожности было бы предпочтительнее, так как у него все еще есть синяки, свидетельствующие о его последней стычке.
В субботу я отбросила постоянно присутствующую в моей жизни драму и поменяла ее на нервное вызывающее бабочек волнение. Коул заедет за мной через час, и мы пойдем на свидание! Это первый раз, когда мы идем на свидание с тех пор, как наши отношения стали более серьезными. Он был наказан на пару недель после инцидента с Джеем и за то, что тайком встречался со мной на следующее утро. Шериф Стоун был за то, чтобы отправить его обратно в военную школу, но Кассандра его успокоила. Конечно, только после того, как все закончилось, Джей признался, что это он все затеял. Оглядываясь назад, я пытаюсь вспомнить, почему он мне так понравился.
Я надеваю фиолетовое платье из джерси и дополняю его сапогами на высоком каблуке, которые, я точно знаю, нравятся Коулу, поскольку он даже не пытается отвести взгляд от моих ног, когда я в них. Мне нравится, как искренне он смотрит на меня, это действительно восхитительно.
Я делаю макияж, когда раздается звонок в дверь. Поскольку щеточка туши все еще в моей руке и я не хочу ослепить себя, я не тороплюсь, чтобы закончить с ресницами. Сбегая вниз по лестнице достаточно осторожно, чтобы не упасть и не разбиться насмерть, я останавливаюсь, когда вижу, что это Трэвис встречает Коула у двери.
Я задыхаюсь, наблюдая за тем, как они смотрят друг на друга. Их отношения все еще остаются для меня загадкой. Я понимаю, что мой старший брат немного настороженно относится к Коулу из-за его прошлого, но мне бы хотелось, чтобы Трэвис увидел, насколько все изменилось сейчас. Если бы это произошло, все не было бы так напряженно сейчас.
– Привет, ребята, – нарушаю я нарастающее напряжение в комнате и привлекаю их внимание.
Изменения в выражениях почти комичны. Жесткость в глазах Трэвиса тает и сменяется заботой, а защитная реакция и ожесточенное выражение на лице Коула исчезают почти так же быстро. Его глаза загораются, а уголки рта трогает улыбка. Мое сердце учащенно забилось, когда я поняла, что каким-то образом я ответственна за то, что он так выглядит.
– Ты куда-то собиралась, Тесс?
С тех пор как уехала наша мама, Трэвис стал больше волноваться. Он всегда заботился обо мне, но теперь он перешел на совершенно новый уровень. Я подхожу к Коулу, и у него хватает смелости взять меня за руку и прошептать мне на ухо: «Ты прекрасно выглядишь, кексик».
Взгляд Трэвиса останавливается на наших переплетенных руках, и он хмурится.
– Да, мы уходим на пару часов. Я вернусь к своему комендантскому часу.
– Ты не можешь уйти, – спокойно говорит Трэвис, не упуская ни секунды.
Прежде чем я успеваю обдумать его слова или сформулировать ответ, я чувствую, как пальцы Коула сжимаются вокруг моих пальцев до боли.
Он отвечает раньше, чем я успеваю это сделать:
– Почему нет? – выкрикивает он, сжимая челюсть, и все, что делает Трэвис, это ухмыляется ему.
Он так не помогает ситуации, зная историю Коула. Последнее, что нужно сделать моему брату, это засудить его.
– Потому что я болен, и мне нужно, чтобы она позаботилась обо мне.
Сузив глаза, я внимательно изучаю его:
– По-моему, ты выглядишь хорошо, Трэв.
– «Аап-чу», – он делает самый фальшивый чих в истории фальшивых чихов и проверяет свой лоб.
В этот момент я в ярости. Я знаю, что он не собирается меня отпускать, если он в таком отчаянии; я хочу знать, почему он вообще это делает.
– Ты думаешь, она купится на эту хрень? – рычит Коул, и я чувствую необходимость встать между двумя мужчинами.
Я встаю перед очень забавно выглядящим Трэвисом и поднимаю бровь, положив руку на бедро.
– Ты не болен, зачем ты это делаешь?
– Я болен, просто ты этого не видишь. Только не говори мне, что ты собираешься бросить меня в трудную минуту, сестренка.
