Девочки нарядили меня в некое подобие огромной светло-голубой футболки, подпоясанной лентой из искусственных цветов, и пару резиновых сапог. Хелен закрутила мне вокруг запястий цветные ленточки, скрыв мое нелегальное положение. В таком виде я полностью слилась с толпой.
Вокруг происходило что‐то невероятное: я никогда не видела столько веселых, красивых и улыбчивых людей в одном месте. Потом я узнала, что где‐то неподалеку выступал далай-лама. Я бы хотела его увидеть. Жаль, что мне не удалось насладиться этим днем вместе со всеми.
Изучив карту фестиваля, я направилась к главной и самой большой сцене-пирамиде. Было уже около шести вечера, народу собралась огромная толпа. В перерывах между выступлениями групп слышался ее приятный гул, как далекий прибой. Под ногами хлюпала и причмокивала жирная болотная грязь. Внезапно дорогу мне перегородила группка девочек в футболках The
Red Room. Очень юные, едва ли совершеннолетние, похожие на размалеванных крошек из торгового центра. Они восторженно щебетали, и по их разговорам я поняла, что их план состоял в том, чтобы пролезть к самой сцене и сразу застолбить места в первом ряду на случай стейдж-дайвинга со стороны Хью. Я двигалась дальше, лавируя в уплотняющейся с каждым шагом толпе, медленно, но верно прокладывая путь к бару за ограждением. Внезапно справа, рядом с обернутым брезентом пластиковым забором, отделявшим зону для особых гостей от остального фестиваля, что‐то зацепило мой взгляд. Знаешь, такое чувство, как будто резкий укол, когда мозг не дал даже понять, что это, но уже трубит, что это требует внимания. Я резко повернула голову и, споткнувшись, врезалась в парочку тучных дам средних лет передо мной. Они разразились ругательствами. Кое-как извинившись, я посмотрела вперед. Против движения толпы плыл знакомый затылок. Сердце у меня сжалось. Крис? Не может быть! Что ему тут делать? Я пустилась вслед, что есть сил выкрикивая его имя. Но двигаться против течения оказалось непросто. Когда толпа впереди немного поредела, я разглядела спину человека, которого на миг приняла за Макконнелла. На нем была оранжевая жилетка фестивальной охраны. Он что‐то передавал по рации. Меня кольнуло разочарование: все‐таки не он. Я развернулась и продолжила путь в ВИП-зону, легонько расталкивая плечом расслабленных тусовщиков.
На входе за кулисы стояли два охранника. В отличие от остальных фестивальных стюардов, даже тех, что патрулировали периметр, эти выглядели очень серьезно, почти устрашающе, и проверяли браслеты у всех, кто заходил внутрь. Конечно же, у меня не было ни виайпи-ленточки, ни бейджа, поэтому качать права и даже приближаться к посту не имело смысла. Я стояла поодаль и наблюдала за теми, кто входил и выходил через проход в зеленом ограждении. Вскоре из них материализовалось знакомое лицо. Это была девица с гарнитурой, Шона, ассистент, которой я на автограф-сессии показала два пальца. Я окликнула ее по имени и, когда она обернулась на мой голос, помахала рукой, улыбаясь и показывая жестом подойти ко мне. Она нерешительно приблизилась.
— Шона, привет! Я Ника, подруга Марка, помнишь меня?
Она прищурилась:
— «Эйч-Эм-Ви»? О! Привет и прости за тот случай. Как у тебя дела? — Она по‐американски широко улыбнулась и нетерпеливо уставилась на меня, давая понять, что у нее мало времени.
— Я не могу дозвониться до Марка. Мы договаривались встретиться, — соврала я. — Он уже здесь?
Шона в сомнении склонила голову набок:
— Не помню, чтобы он мне что‐нибудь передавал насчет тебя. Только про пост в группе на фейсбуке…
— И как там пост?
— Черт…
— Ничего страшного. Так что, ты сможешь позвонить Марку? Я звоню и звоню, а он не отвечает.
— М-м… — Она почесала голову под своим тугим хвостом. — Марк только что прилетел. Подожди здесь, я найду его и уточню по поводу тебя, хорошо?
Я кивнула. Ее не было минут тридцать, и я решила, что Шона уже не вернется, как вдруг она появилась из ворот и поманила меня в сторону чек-пойнта.
— Марк в гримерке, пошли за мной, — велела она, когда я оказалась за воротами.
Она провела меня между рядами туравтобусов и серых вагончиков. Наверное, вокруг была куча знаменитостей; мне даже показалось, я видела кого‐то из семейства Кардашьян. Но ты все равно понятия не имеешь, кто это. У ВИП-бара промелькнуло еще одно знакомое лицо — Ханна. Сердце у меня билось где‐то в барабанных перепонках. Руки вспотели. Я чувствовала, как волна паники плещется о затылок, так и норовя накрыть с головой.
Шона подвела меня к одному из серых вагончиков рядом с самой сценой и большим белым шатром. К двери скотчем был приклеен листок А4 с надписью: «The Red Room».
— Заходи, — сказала ассистентка, посторонившись.
Я ступила в кондиционированный сумрак. Слева от прохода я заметила стол с напитками. На полу валялись какие‐то сумки с вещами, одежда и несколько больших черных ящиков со сделанной по трафарету надписью The Red Room. На стуле в самом углу сидел и тыкал пальцами в айпод подслеповато щурящийся Марк. Он поднял на меня взгляд: сегодня он был без очков, и лицо казалось беспомощным.
