Я и понятия не имела, что сегодня годовщина смерти сестры Мэй. Я чувствовала себя неловко из-за того, что выбрала именно это время, но мне нужно было придерживаться плана. Мэй больше не должна была оставаться с нами, и это был лучший способ, который я могла придумать, чтобы добиться этого.
Моя семья разваливалась на части, и я собиралась все исправить.
– Мама, я уверена, что все будет хорошо. Может, она скучает по семье и просто хочет вернуться домой, – заверила я обеспокоенную маму.
Это было именно то, чего я хотела. Белые розы спровоцировали Мэй вернуться в секту. Я не могла поверить, что это произошло. Но теперь, когда это случилось, все шло не так уж и замечательно.
Мама перестала расхаживать туда-сюда на костылях.
– Я собираюсь вернуть ее.
– Ты серьезно? – Я уставилась на маму. Мало того что она покалечена, если секта действительно была опасна, зачем ей вообще идти к этим людям?
– Я собираюсь забрать Мэй. – Решимость завладела мамой, подобно заразе.
– Мама, ты не можешь ехать в Тисдейл, – пыталась вразумить я. – Это секта!
Мама достала мобильный и набрала номер.
– К тому же у тебя нога в гипсе! – добавила я, пытаясь пробудить логику, которая у мамы в данный момент явно отказала.
– Питер, это я, – сказала она в трубку. – Мэй пропала. Я собираюсь найти ее. Позвони мне, когда получишь сообщение.
Отец был на матче с участием Хелен и сидел на шумных трибунах. Он, скорее всего, не услышал бы звонок – если бы его телефон вообще был включен. А прослушивать сообщения папа и вовсе не умел. Кроме того, до Перквилла было не меньше часа езды, так что даже если он и получит сообщение, то пройдет немало времени, прежде чем он вернется в Ремингем или доберется до Тисдейла.
– Она не может вернуться к своим мучителям! – заявила мама. – Я не позволю этому случиться, Джулс. – Она схватила свое пальто.
– Мама, ты даже не в состоянии вести машину. Как ты собираешься добраться до Тисдейла?
Она посмотрела на меня. До меня дошло, о чем она думает.
– Ты хочешь, чтобы я повела машину? – Я ахнула. Это было безумием. – У нас даже нет машины, чтобы на ней ехать, – добавила я. – Ты еще не купила новую, а папа укатил на своей.
– Мы можем взять такси, – предложила она.
– Но ведь это около часа езды?
Мама оглянулась на меня.
Меньше всего мне хотелось, чтобы мама поехала в Тисдейл за Мэй. Но везти ее туда с загипсованной ногой было еще хуже.
– Стейси! – воскликнула мама. – Пойди спроси, можешь ли ты взять ее машину.
– Мам! Ты же знаешь, что она не умеет хранить секреты. Ты хочешь, чтобы все узнали, что ты едешь на костылях спасать Мэй от секты?
– А как же Айзек? Ты можешь ему позвонить?
– Ты хочешь, чтобы его тетя пригнала сюда свою машину и позволила нам ее взять?
– У тебя есть идея получше? – спросила она.
– Да, как насчет того, чтобы не гоняться за девушкой из сатанинской секты? Из-за нее мы погибнем!
Мама посмотрела на меня и покачала головой.
– Я сделаю это сама.
– Мама, ты даже ходить не можешь!
Но отговорить ее было невозможно. У нее была миссия, и мама твердо решила следовать ей. Она подскочила к вешалке и схватила куртку, игнорируя мои логические доводы.
– Почему бы тебе просто не остаться здесь? Папа вернется домой позже, и тогда вы вместе сможете позвонить в полицию. Они займутся этим.
– Детектив Нельсон! – Мама достала телефон и снова набрала номер, на ходу застегивая куртку.
– Мама, ты ведешь себя как сумасшедшая. Почему бы тебе просто не присесть на минутку…
Она проигнорировала меня, говоря в телефон:
– Это доктор Матис, пожалуйста, позвоните мне. Мэй отправилась в Тисдейл, и я собираюсь ее вернуть.
Она убрала телефон в карман, убедившись, что звонок включен на максимум, и повернулась ко мне. На ее лице застыла решимость.
– Мама, почему ты так одержима Мэй? Ты должна сказать мне, в чем дело…
– Надо мной тоже когда-то издевались, Джулс!
От этого откровения у меня перехватило дыхание. Я уставилась на мать.
– Прости, что я рассказываю тебе об этом… только сейчас. – Мама опустилась на край дивана. – Мой отец… был плохим человеком. Он… бил меня. И он бил мою маму и моего брата.
– Дядю Альберта?
– Да. – Мама говорила о своем вечно отсутствующем брате, который, кажется, жил в Портленде, в штате Орегон. – Мой отец часто выпивал. Он напивался и бил нас. Это было очень больно, во многих отношениях… – Она сделала паузу, затем вздохнула. – Он делал это с тех пор, как я была маленькой, поэтому отчасти я считала это нормальным. Но с возрастом мне становилось все хуже. Побои стали сильнее и чаще. Мое тело постоянно было покрыто синяками.
