– А вы что ей сказали? – допытывалась Маргарет.
– Я сказал ей, что вы мои рабы, – ответил он.
Мы расставили палатки и набрали хвороста для приготовления еды. Джозеф и Альберт из гнутых веток, покрытых холстиной, соорудили вигвам для девочки. Пока мы работали, девочка заснула, потом проснулась и заснула опять. Всякий раз, когда она просыпалась, Джозеф снова и снова разговаривал с ней. Его речь текла сплошным гипнотическим потоком негромких слов, и все мы невольно прислушивались, хотя, конечно, ничего не понимали. Джозеф говорил, а девочка сосредоточенно смотрела на него, временами кивала или улыбалась, и снова засыпала под его плавную убаюкивающую речь.
Пока мы готовили ужин, на землю опустились сумерки. Мальчик Хесус прокрался в лагерь, ведя за собой своего ослика, которого он пустил пастись на луг вместе с нашими животными. Он не произнес ни слова и избегал смотреть мне в глаза, а просто уселся у костра, воинственно посматривая на апачскую девочку. Когда еда поспела, я вручил ему полную тарелку, а он благодарно улыбнулся мне. Теперь уже поздно было отсылать его домой.
Джозеф заставил девочку выпить немного бульона, сваренного из мяса с дикими травами, а потом она на четвереньках заползла в вигвам. Свой спальный мешок старый индеец расстелил у входа на случай, если она проснется среди ночи.
Остальные еще немного посидели у огня, попивая кофе и покуривая. Толли откупорил бутылку французского коньяка из собственных запасов. В его корзинах, оказывается, имелся целый винный погреб.
– Я всецело за житье на природе, – с казал он, – но еще на сафари в Африке понял, что незачем отказываться от своих привычек.
– Ну разумеется. Особенно когда у вас есть собственный дворецкий, – съязвил я.
Толли пустил бутылку по кругу.
– Мне не надо, – сказал Альберт, когда подошла его очередь глотнуть. – Пять лет назад я бросил пить. – Он мрачно усмехнулся. – Как многие из нашего народа, пить я не умею.
Браунинг, который все еще суетился, наводя порядок в палатке, тоже отказался от спиртного.
– Вы тоже трезвенник, мистер Браунинг? – спросила его Маргарет.
– Ни в малой мере, мисс, – отозвался он. – Время от времени я люблю вечерком пропустить стаканчик. Но никогда не пью на работе.
– Дайте бедолаге сегодня выходной, капитан Филлипс, – попросила Маргарет. – Он весь день трудится как проклятый.
– Разумеется, мистер Браунинг, – с казал Толли, – на сегодня вы свободны. Садитесь с нами. Разрешите, я плесну вам коньяку.
– Очень любезно с вашей стороны, сэр, спасибо, – поблагодарил Браунинг. – Я уже приготовил вам постель и, если я вам больше сегодня не нужен, я бы немного освежился.
– Знаете, Толли, – проговорила Маргарет, – вы, наверно, единственный путешественник, который отправился в Сьерра-Мадре с французским коньяком и английским дворецким.
– Я не так уж в этом уверен, дорогая, – отозвался Толли. – А как же Максимилиан [44]?
Браунинг расположился у костра. Теперь, когда я узнал его поближе, он уже не кажется мне таким отъявленным снобом. Он просто обладает обостренным благоразумием. А так вполне симпатичный парень, лет примерно тридцати пяти, всегда подтянутый и безукоризненно одетый, даже в походе. Держится прямо, движется изящно и при этом столько всего успевает, прямо волшебник. Но, как ни странно, время от времени я замечаю потаенную печаль в его глазах, она говорит о том, что у него есть другая жизнь, о которой мы не подозреваем.
– С вашего позволения, сэр, – заговорил Браунинг, – я не думаю, чтобы император Максимилиан забирался так далеко на север. А если и да, то его камердинер, скорее всего, был французом или австрийцем, но уж никак не британцем.
– Вот видите, – сказал Толли с насмешливой улыбкой, – какие вольности позволяют себе дворецкие, если отбросить социальные барьеры. – Он протянул Браунингу его кружку и поднял свою. – За ваше здоровье, мистер Браунинг, вы действительно умный человек. В дополнение к тому, что прекрасный камердинер.
– Большое вам спасибо, сэр, – ответил Браунинг с легким поклоном. – Я рад как могу услужить вам.
– Расскажите нам, мистер Браунинг, – обратилась к нему Маргарет, – как вы оказались в нашей стране? Так далеко от дома?
– Действительно, далеко, мисс, – ответил он. – Знаете, я приехал в Дуглас несколько лет назад, состоял на службе у одного джентльмена, у лорда Кроули. Он – один из главных вкладчиков горнодобывающей корпорации «Фелпс-Додж».
– И что же приключилось с вашим лордом? – спросила Маргарет.
– Боюсь, что, когда медные рудники в прошлом году закрылись, мисс, – отвечал Браунинг, – лорд Кроули потерял значительную часть своих денег. Он был вынужден уволить меня и вернулся в Англию.
– Разве вам не хотелось домой? – продолжала расспрашивать Маргарет.
– Разумеется, хотелось, мисс, – ответил он. – Но, боюсь, у меня не хватило средств на поездку.
– Минуточку, – вмешался я, – вы хотите сказать, что лорд привез вас сюда с собой, а потом бросил в Дугласе, штат Аризона? Просто бросил, потому что так обнищал, что пожалел денег вам на билет?
