«Мама Анархия», до которой я добралась только к вечеру, оказалась полна. Одиночки, «анархисты», наймы (я осторожно присмотрелась, но Пары среди них не было), бандиты – все как обычно. О чем-то договаривался у стойки с незнакомым барменом сталкер в песочного цвета ветровке, даже без капюшона. Бросалось в глаза то, что в помещении, которое ярким освещением похвастаться не могло никогда, он оставался в солнцезащитных очках. На фоне этого кепка странно уже не смотрелась.
Да и бармен, кстати, колоритный. Затасканная белая рубаха с узором на вороте и виднеющаяся в вырезе татуировка на груди. Волк, что ли?
Как говорится, у каждого свои тараканы. Я прошла мимо, направляясь к дальнему столику – не самое удобное место, зато со спины никто не подойдет. Параноик, ага. Из любопытства, которое праздным было лишь отчасти, прислушалась, но мужчины разговаривали тихо, и услышала я только одно слово: «Гермес». Никак, древнегреческую мифологию обсуждают?
Улыбнувшись сложившейся в голове картинке, я тут же про нее забыла. Потому что за соседним (это уж как водится) столиком, где сидели трое «анархистов», пошел интересный разговор. Точнее, сначала-то он был самый обычный: травили байки, рассказывали перевранные сотню раз слухи, делились новостями. А вот потом….
– Прикинь, Раст! Сидим мы, значит, возле костра, никого не трогаем. И тут из темноты скрежет такой, как будто пилой по железу. Ну, мы на шухер сразу – то ли кто-то так неумело подкрадывается, то ли это настолько страшный монстр, что нам пора ноги делать…
– Ну?
– А как он ближе подошел, так еще звать стал какого-то Артемона. Ну, тут мы совсем запутались. Ты ж про говорящего мозголома тоже слышал…
– Слышал. Брешут. Кто в итоге оказался-то?
– «Экза» «законников», прикинь! Только, скажем так, не совсем свежая. Зомбированная.
Названный Растом присвистнул.
– Хе-хе! А ведь мнят себя богами Зоны. А тут оказывается, что тоже люди.
– Я тебе еще главного не рассказал! Знаю я эту «экзу». И ты знаешь. Наркоз это!
Раздался сдавленный кашель. Похоже, подавился Раст от такой новости. Я бы тоже подавилась, если бы сейчас что-то ела. Наркоз?! Зомбированная «экза»? Сильно…
Я, кажется, знаю даже, кто ему это организовал. То-то Безымянный и ушел из бара, оставив мне только записку…
– Темные его под мозголома подставили, это уж наверняка! Наркоз же одного из них буквально накануне в Рыжем лесу завалил. Ну, вот и получил ответочку по самое не балуйся! Теперь только и может, что «экзой» скрипеть да про какого-то Артемона бурчать.
Я сжала кулаки. Так это Наркоз тем квадром командовал?! Что ж, тогда так ему, сволочи, и надо! Смерть была бы слишком легким выходом, а ты походи-ка зомбятиной!!!
Проблема в другом. Не откроет ли сейчас «Закон» охоту? Если верить слухам – Наркоза большинство «законников», мягко говоря, недолюбливает. С другой стороны – а как же корпоративная этика, честь клана и прочее? С третьей – тронешь темных, и потом против тебя встанет вся Зона, и соседи-«анархисты» обязательно воспользуются моментом…
С четвертой – похоже, придется мне несколько деньков на Барьере переждать, пока все не устаканится. Через меня до Безымянного добраться не в пример проще, чем разыскивать темных по всем радиоактивным территориям Зоны.
Задумалась я так крепко, что не заметила, как освободилось место у стойки. Подходи, делай заказ, получай работу. По поводу работы, кстати, пора подумать. Запасов у меня совсем мало.
Я сдала найденный артефакт и тут же часть полученных денег вернула обратно бармену в обмен на тарелку горячего супа. Дожидаясь, когда заказ появится на стойке, спросила, чем могу помочь.
– До Черного рынку дойти треба. Но это не зараз, а денька через два.
– Черный рынок? Это где? – насторожилась я.
– Идти трохи совсем. До водонапорной башни. Да ты не боись. – Он засмеялся. – Там Лисяра уже всех кровопивцев распугал. Сурьезный мужик!
Хочется верить.
– Ну, если серьезный, то денька через два и подойду. Если не занесет никуда нелегкая.
– Буду ждать, – кивнул бармен. – А то я ему давно вже обещал настойку собственного приготовления, та все никак руки не доходят. Ось ты и отнесешь.
– Договорились.
А до послезавтра мне остается только артефакты искать – может, не все еще подобраны. Ну или сидеть где-нибудь в тихом уголочке. Я вспомнила, как лежала на чердачных досках без желания что-то делать и куда-то идти, и поежилась. Ну нет, повторения не хочется.
Вот чего хочется – так это обсохнуть и согреться. Я с тоской вспомнила Родник, где и вода была теплой, и в воздухе стылости не наблюдалось. Может, отдать бармену последние деньги и поспать ночь в отапливаемой комнате? Нет, денег у меня осталось совсем мало. Разве что забиться в самый дальний угол бара и подремать, пока не выгонят? Заодно и спальник подсушу. Простуда в теплом помещении бара мне точно не грозит.
А с утра – снова в путь. Барьер большой, скучать до назначенного барменом времени точно не придется.
Утром я и попалась. Обходила хутор, прячась от лишних глаз в высокой, с меня ростом, траве, – и наскочила прямо на военсталов.
– Э! Стоять, руки в гору!
