Дикая. Вернуть темного полностью

Я вздохнула. При виде этих хищных пастей вспомнилась Найда. Когда стая осталась позади, я догнала Стаса.

– Они как вообще под Выбросом выживают? Собаки, в смысле.

– Никак. Кто успел спрятаться, тот и выжил.

– И что же, так стаей и прячутся?

Стас вопросу удивился, но ответил:

– Поодиночке. Реже – парами. Они под Выбросом бешеные становятся, запросто могут горло друг другу перегрызть.

Понятно. Спроси я раньше – Найда осталась бы жива. Или нет. Как говорится, кто бы знал…

Я покачала головой в ответ на вопросительный взгляд:

– Потом расскажу.

А вот направление, в котором мы шли, нравилось мне все меньше. Обогнув северо-западный угол города, Стас стал забирать левее, приближаясь к домам. Причина такого поведения была очевидна.

– Ты все-таки решил заглянуть к военсталам?

– Не сегодня. Для начала переночуем в горкоме. А с утра я с Бурым поговорю.

Так. Все-таки решился. Может, и правильно… Но мне стало страшно. Я не знала, что за странная движуха была связана с «важным грузом», однако она мне не нравилась совершенно. Если Буров решит, что Безымянного выгоднее убить, то убьет не задумываясь.

Вот почему брат так посмотрел на меня у моста – не хотел, чтобы я шла с ними.

– Ты вообще уверен, что разговор получится? Друзьями вы были тогда, в прошлой жизни, а теперь…

– Уверен. В любом случае – без самодеятельности, поняла? Глюк за старшего, все свои телодвижения сначала обсуждаешь с ним.

Все-таки брат слишком хорошо меня знает. Потому что я, конечно, не самоубийца, но если Буров что-то брату сделает – инстинкт самосохранения может и не сработать.

Будем надеяться, что военсталы, которые тебе и так по гроб должны, этот долг увеличивать не собираются.

В горкоме было тихо, как в склепе, только крысы по углам попискивали. В той комнатушке, где в прошлый раз я слушала байку про врученную лаборантке заячью голову, теперь оказалось тесновато. Темные, собравшиеся вокруг костра, со стороны выглядели ожившей страшилкой для ребятни – то ли злобные духи, то ли неведомые чудища. Но я, прижавшись к брату, чувствовала себя в почти полной безопасности. Вот если бы еще не военсталы на краю города…

Я провалилась в сон.

Темные вполне мирно переговаривались с часовыми на КПП, но нервозность в воздухе нарастала. Безымянный ушел от нас целых два часа назад. И я не выдержала.

– Глюк, если что – я сигнал подам, ты поймешь. – Прежде чем белоглазый темный успел меня остановить, я уже стояла возле часовых. – Эй, служивые! Передайте Бурому – Дикая за братом пришла.

– И че? – лениво отозвался один из них.

– Через плечо! Передайте, а дальше слушайте, что он скажет!

Военстал так же нехотя вытащил рацию.

– «База» – «Альфе»! «База» – «Альфе»! Тут рыжая сталкерша, зовут Дикая, говорит, что пришла за братом!

– Сюда ее! – тут же рявкнула рация.

Военстал пожал плечами.

– Оружие сдай и не балуй.

Я аккуратно положила снаряжение на землю. В рюкзаке на самом дне по-прежнему лежит еще один нож. Только вряд ли он мне поможет в случае чего…

– Веди давай.

Бурый был хмур. Долго молча смотрел на меня, потом вздохнул.

– Не вовремя ты пришла, Дикая. И брат твой – тоже не вовремя.

Внутри все смерзлось от накатившего ужаса. Я приподняла бровь:

– Неужто осмелились на темного руку поднять?

Он отвернулся, махнул рукой.

– Разговор окончен.

Меня схватили и через заднюю дверь вытащили на улицу. Глухой закуток, стенка, выщербленная пулями. Но главное – тело, которое не успели еще убрать. Обожженное, почти черное лицо, невидящие родные глаза…

Я обернулась в коридор. Бурый еще стоял там, глядя нам вслед.