— Никто не просил тебя этого делать. К тому же у нас была договорённость, что первый, у кого появится возможность нанести победный удар, пусть и во вред союзнику, непременно им воспользуется. Иначе в нашем объединении не было смысла! На твоём месте я бы даже не задумалась, вырвала бы победу зубами! Но ты…
— Всё так, но вышло несколько иначе…
— Это не объяснение! — волосы взмыли в воздух, хотя вокруг не было даже намёка на ветер. — Нанеси ты последний удар, то сейчас принимал бы победу! Но вместо этого отбросил в сторону меня. Что это вообще было?!
Как бы мне ни хотелось назвать случившееся досадной ошибкой, но дело обстояло куда хуже — я проявил малодушие.
— Рука дёрнулась, — отмахнулся от незнакомки, не способной выказать и капли благодарности к тому, кто предпочёл победе её спасение.
Сосредоточив энергию Тени, я легко мог сбить противника с ног. Но тогда девушка бы погибла, наткнувшись на меч. А потому я не успел придумать ничего лучше, кроме как нанести последний удар по-своему же союзнику… Во многом из-за этого нам и советовали не объединяться на арене. Когда победа достанется лишь одному, могут произойти непредвиденные обстоятельства…
Такие, как эти.
Окинув меня презрительным взглядом, девушка произнесла:
— Возможно, и к лучшему, что ты облажался. Ряды Стражи — не твоё, — затем она смягчилась добавив. — Впрочем, и не моё. Идиотская была затея…
Не прощаясь, она ушла также внезапно, как возникла во время боя, когда спасла меня. Вот только про этот момент она решила не вспоминать…
***
На улицах Люмериона занимался рассвет.
Жители уже брели по дорогам, ботинками разгоняя туман. Масляные фонари погасли за ночь. Я хорошо знал хитросплетения дорог если не всего города, то как минимум Спального квартала, на окраине которого жил. Так его называли совсем не потому, что в нём было также тихо, уютно, и комфортно, будто в собственной спальне. Причина такого названия куда прозаичнее — здесь располагались блудные дома. А потому жители квартала, не задействованные в постыдной профессии, с раннего утра отправлялись в другие части города, где и находили себе работу. Из ближайших и наиболее популярных сразу вспоминался квартал Сытости, с вечно голодными оборванцами на углу харчевен, питейных и колбасных заведений, квартал Рыболовства, где никогда не ловили рыбу, а скорее приманивали за счёт одурманивающих песен, ментальных атак, искусства иллюзий, а также квартал Праздности с широкой ярмарочной площадью. Был ещё Королевский квартал, где по слухам, жил сам Король, пока не переехал в столицу — Раденгард. Теперь же здесь располагались купцы, ростовщики, Командир и те, кто могли себе позволить роскошь содержания кареты гнедых лошадей, за день потреблявших больше, чем иной житель города. Были и другие кварталы, но в них я оказывался редко, ведь у обычного жителя найдётся не так много поводов путешествия по городу, чем у знатного люда. В одном месте ты спишь, в другом работаешь, и неизвестно в каком из них тебе хочется задержаться дольше.
Тень на углу дёрнулась, завидев меня, и поспешила навстречу. Я замер, рукой пытаясь нащупать кинжал. Безоружный! Точно, я ведь оставил его на арене… Ещё и магия на пределе. Сбежать не получится. В нос ударил удушливый запах. Я закашлялся.
— Мальчик, почему совершенно один этой ночью? — раздался елейный голос с привкусом вязкости. — Составить тебе приятную компанию за символическую плату?
Я выдохнул. Всего лишь нимфа блудного дома, караулившая одиноких прохожих. Обычно они охотились вместе, но эта, видно, настолько специфичная представительница своей профессии, что не смогла подыскать напарницу. Тем лучше для меня. Выше шанс уйти с целыми штанами и без засосов на щеках.
— Я на мели, — ответил отрезвляющей фразой, мгновенно приводящей их в чувство.
Действовало безотказно. Кто захочет иметь дело с тем, у кого в кармане набилась пыль?
— Ничего страшного. Занесёшь потом, — невозмутимо прозвучало в ответ.
Я аж опешил. Чтобы нимфы, да ещё и в долг давали?! Видно, дела у неё взаправду шли плохо, если она рассчитывает на честность первого встречного.
Выйдя из темноты, она рассекла ночь яркой улыбкой. Ответ явился сам собой. Обезображенное лицо вызывало что угодно, кроме желания затащить даму в постель. Мне стало её даже жалко, а потому я подыскивал благовидный предлог для отказа. Однако, увидев моё замешательство, девушка поспешила добавить:
— Не обязательно резвиться всю ночь. Мы можем просто лежать вместе, встречая рассвет! В таком случае и платить ничего не нужно…
