Дихотомия полностью

Она взяла мою правую руку, тёплую от прикосновений, и поднесла к своему лицу. От неожиданности у меня перехватило дыхание. Я на мгновение замер. Её щека оказалась очень прохладной. А ещё немного… Грубой? Нет, то зияли порезы. Вся в глубоких ранах, прямо как… Вот почему мне всё показалось таким знакомым: интерьер, манеры, слова…Они не были похожи, они совпадали! На коленях передо мной сидела та же самая нимфа, некогда предлагающая себя на улицах Спального квартала. Именно она залечила мне раны, доставшиеся после Испытания, предоставила ночлег, когда я скрывался от Стражей. Нимфа помогала мне снова и снова, всякий раз, как я оказывался в беде. Вот и теперь, на ладони не осталось даже пореза…

— Вспомнил, — прошептал я, не отнимая раскрытой ладони от шрамов на щеке. — Розамунда… То есть, конечно, Рози…

Заклинание пошло рябью, расходясь волнами. Знакомые черты лица проглядывали сквозь маску, искусно наложенную поверх обезображенных ран. Я резко отдёрнул руку. Пальцы дрожали.

— Понимаю, не самое приятное зрелище, — прошептала Рози, опуская взгляд. — Поэтому и приходится прибегать к заклинанию. Жаль, что оно не длится вечно: эффект спадает на следующий день. К тому же, дотронувшись, магия слабеет.

Немного подумав, та добавила:

— Ты первый, кому я позволила коснуться лица, не считая иллюзорной нимфы. Впрочем, неважно. Теперь ты, наверное, захочешь уйти…

— Нет, нет! Просто… Я раньше никогда не сталкивался с подобной… магией, — признался, с горечью замечая, что ненароком обидел её.

Не придумав ничего лучше, я вернул руку обратно на щёку. Нежно коснувшись, провёл ладонью по лицу. Пальцы вновь задрожали, но уже по иной причине. Рози тихо засмеялась, ласково опуская мою руку.

— Демиан, прошу, перестань…

***

На месте разбитой вазы появилась новая, взятая с кухни. Осколки тщательно подмели. Закутавшись в одеяло, я терпеливо ждал, когда принесут одежду.

— Она не успела высохнуть, но если ты так спешишь…

— Да, к сожалению, у меня совсем не осталось времени. Я бы и задержался…

Скинув одеяло, я нацепил влажную кофту и мокрые штаны. Поправив взъерошенные волосы, зашнуровал ботинки. Чувствовал я себя значительно лучше: жар спал.

— Вечно ты куда-то бежишь, Демиан!

— На то есть причины…

— Расскажешь? — нимфа вскинула бровь.

Я застыл посреди комнаты в полном недоумении. Растерявшись, решил отмахнуться, но затем задумался. А почему бы и не рассказать?

— Мои друзья в большой опасности, — неуверенно начал. — А я даже не знаю где они.

— Ищешь их?

— Ищу, но, к сожалению, не только я.

Рози понимающе кивнула, поджав губы.

— Я обошёл все места, где они могли бы быть. Пусто. Будто сквозь землю провалились.

— Если они скрываются, то наверняка не станут прятаться в очевидных местах. Скорее предпочтут что-то, куда те, кто может представлять для них угрозу — даже не подумают сунуться. Я в детстве всегда любила прятаться в комнате младшей сестры, потому что она никогда не допускала, что я зароюсь в её платья. Обойдя весь дом, она садилась посреди кухни, громко рыдая. Так я понимала, что победила. Может и у твоих друзей есть такое? Оно может быть в самом неожиданном для тебя месте. Например, на виду у всех?

В дверь постучали. Тем же шифром — с перестукиваниями, как несколько часов назад.

— Мне пора, — она с тоской посмотрела на дверь. — Могу я попросить тебя выйти через окно? Будет неловко, если…

— Конечно! Прости, что задержал, — отворив ставни, я выглянул на улицу, и, убедившись, что снаружи никого нет, повернулся к нимфе. — Рози, может, выпьем как-нибудь чай? На этот раз, без спешки, обещаю!

Не дожидаясь ответа, я спрыгнул вниз в полной уверенности, куда держу путь. Я направлялся на самое видное место во всём городе — Королевский квартал. Дважды за эту неделю, что в два раза чаще, чем за всю предыдущую жизнь.

Командир городской Стражи был не из тех, кто лично пускается в погоню за преступниками. Для этих целей он снаряжал отряд, выбирая лучших из доступных (преимущественно трезвых, здоровых, твёрдо стоявших на ногах — с годами таковых становилось меньше), определял место поисков, увеличивал охват патрулей.

Иными словами — выступал головой, но не руками.

Так почему же сегодня ему вздумалось самому броситься на след? Зачем втягивать ноздрями кислый от испарений воздух подворотен, заглядывать в десяток кабаков, постоялых домов, заброшенных зданий? Что он надеялся найти, наткнувшись на детишек, дважды оставивших его в дураках? Видит Свет, третьего он не допустит.