Дихотомия полностью

Повариха могла сосредотачивать энергию в разных частях тела, стократно обостряя чувства. Благодаря этому она с феноменальной точностью определяла степень прожарки мяса, солёность блюда и свежесть собранных овощей с чужих грядок.

— А крыса? — вдруг поинтересовался Лерой. — Она проскочит?

— Какая крыса?!

— Любая! Самая маленькая и тихая крыса, она проскочит? — не унимался Лерой, скользя горящим взглядом по хмурому лицу.

— Никто не проскочит, я же сказала! — Кассандра стала выходить из себя, скрипя ручкой сковороды, будто костями.

— Ну, речь изначально шла про крысу, вот я и подумал… Что насчёт делового предложения? Небольшой сделки… Я мигом найду несколько крыс, а мы посмотрим…

У Лероя резко перехватило дыхание. Покраснев, он повернулся к Вивиан, чьи волосы взмыли вверх. Её глаза стали стеклянными, а ноздри раздулись от возмущения.

— Если не хочешь задохнуться смрадом тюремных камер, советую заткнуться. Ещё хоть одно деловое предложение, малюсенькая сделка, любое сказанное слово — я отправлю тебя гнить к крысам, не дрогнув ни единым лицевым мускулом. Как тебе такая сделка?

Лерой предпочёл промолчать. Будь у него даже желание вступить в спор, едва ли он мог сказать хоть что-то, когда его лёгкие горели огнём. Моргнув пару раз, тот вновь смог дышать — помилование вышедшей из себя Вивиан. Лерой ещё никогда не видел её в таком состоянии.

— Чего застыли? — рявкнула девушка с иссиня-чёрными волосами. — Двигаем дальше. Пойдём в окружную, чтобы не нарваться на патрули. Держаться рядом, смотреть в оба, и ни в коем случае, не самовольничать. Если хотите пережить эту ночь — слушайте меня как в последний раз.

— А куда мы идём? — спросил Фрол, в надежде выкроить время на краткую передышку.

— Скоро узнаешь. Бьюсь об заклад, там ты ещё не бывал, — усмехнулась Вивиан.

Толпа в страхе переглянулась, но не найдя ничего лучше, как подчиниться, последовала за Кассандрой. Как и ожидалось, за углом оказалось совершенно пусто. Ни крыс, ни мышей, только гуляющий ветер, пускавший волны на зеркальных лужах. Шайка минула половину пути, оставляя квартал Праздности позади.

***

Первыми масляные фонари зажигались на Королевской площади. Фонарщики, худо-бедно владеющие магией огня, что могли высекать трением ладоней искры, выходили на вечерний маршрут с небольшими приставными лестницами. Это всегда были крепкие люди, в лютый мороз, мощный ветер и жаркое солнце, не бросавшие свой долг. Их накаченные плечи запечатлевали боковину лестницы, которую приходилось тащить на себе через весь город, минуя квартал за кварталом, пока все улицы не осветятся огнём. Взбираясь к фонарю по стальным ступеням, мужчины с шершавыми ладонями и обветренными губами, заменяли догоревшее масло, а затем путём трения, складывали руки, набирали полную грудь воздуха, и со всей мощью выдували снопы искр. Масло мгновенно вспыхивало, разгоняя подкрадывающуюся темень. Люмерион освещался сотней мерцающих фонарей, готовый к надвигающейся ночи. Фонарщики завершали вечерний обход, с пустыми масляными склянками. И пусть их ладони горели, ныли плечи, губы неистово жгло, они покидали улицы, зная, что света фонарей хватит до наступления утра.

Королевский квартал встретил Командира привычно. Прибранные, ухоженные улицы. Каменные и кирпичные дома. В отличие от других кварталов, где преобладали деревянные строения, здесь жили богатые ремесленники, зажиточные купцы, цвет и Свет Королевства. Они могли себе позволить выстроить высокие здания, до пяти-шести этажей, которые не были подвержены гниению, да не сгорали в пламени за считаные минуты, словно вспыхнувшее полено. Именно сюда стекались налоги, оседая в карманах городских служащих. Лишь малая часть, разумеется. Большая же часть направлялась в Раденгард, в столичный Монетный двор.

Шум шагов достиг слуха Командира. То был отряд Стражей, патрулирующий улицы, где ни одному бродяге или преступнику не придёт в голову появиться. Сами же воины, трое магов, развязной поступью брели мимо. Они что-то громко обсуждали, перемежёвывая слова смехом.

— А ты видел Королеву? — спросил один из Стражей, ударяя товарища вбок.

— Королеву? Куда уж. Я Короля-то едва разглядел во время посвящения. Много ли увидишь, стоя на коленях перед дряхлым стариком? Откуда только в нём ещё магия теплится…

— А мне вот довелось. И скажу так, — заговорщически подмигнул собеседник. — Я бы не прочь быть Королём, чтобы такая красотка склонилась передо мной на коленях.

Вновь раздался смех. Клокочущий, полный слюны, смех. Однако тема ещё не изжила себя.

— Ладно, Королева, вы принцессу видели? — встрял в разговор третий Страж, чьи глаза возбуждённо блеснули в вечернем сумраке. Так глядит кошка на прошмыгнувшую мышь.

— Принцессу? У них что, дочь есть?! Да разве старик в состоянии зачать потомка? В его то годы! Говорят, Королева на престол взойдёт с его смертью. Представьте только — женщина, и править? Скорее я золотым дождём начну мочиться, чем баба с Королевском управиться сможет.