Холин ничего на это не ответил. Он тоже внимательно следил за снижающимся катером, следил до тех самых пор, пока катер этот окончательно не исчез из поля зрения…
– Сколько там человек? – обратился Холин к начальнику охраны.
– Пять! – буркнул тот, даже не подняв головы. – Я думаю, вполне достаточно, чтобы отправить на тот свет одну несчастную женщину, вся вина которой в том лишь, что раньше она кем-то там была!
Когда катер совершил посадку на специальной площадке возле дома, женщина, бывшая когда-то «дикой кошкой», а теперь ничего об этом не помнящая, готовила для мужа ужин. Вернее, она уже подавала на стол.
Женщина была очень красивой и очень молодой. И ещё она была… счастлива! Одна из немногих (а, возможно, и единственная) счастливая женщина на Агрополисе. У неё даже было имя, которое ей дал муж, ибо женщина эта не просто нравилась ему. Он искренне, всем сердцем любил её.
Фермером Николя Сарджен стал по настоянию отца, но само фермерство никогда не привлекало молодого человека. Да и не похож он был на настоящего фермера. Даже внешне: худой, близорукий, с постоянно мечтательным выражением лица…
Женщина, подав на стол, осталась стоять рядом с мужем, не сводя с него сияющих глаз.
– Садись, Мэри! – сказал Николя и, взяв женщину за руку, осторожно привлёк её к себе. – Рядом со мной сядь!
Женщина послушно опустилась на широкую скамью.
– Вкусно? – тихо спросила она, гладя мужа по руке.
– Очень! – сказал фермер и, наклонившись, принялся целовать по очереди тонкие пальцы жены. – Ты у меня молодчина, Мэри!
Женщина даже засветилась от радости. Она хотела ещё что-то сказать, но в это время дверь столовой широко распахнулась, и в комнату вошли пятеро в форме охранников ФИРМЫ.
Женщина сразу же вскочила с места, фермер тоже поднялся из-за стола.
– Чем обязаны? – спросил он, стараясь говорить как можно спокойнее. Но сердце молодого человека сильно забилось в нехорошем каком-то предчувствии.
Один из охранников, с нашивками капрала, вышел вперёд.
– Фермер Николя Сарджен? – спросил он довольно вежливым тоном. – Это вы?
– Это я! – ответил Сарджен, ощущая, как непонятная тревога всё сильнее и сильнее охватывает его. – А в чём, собственно, дело?
– Дело в том, – сказал капрал, бросив быстрый взгляд на испуганную женщину, стоящую рядом с фермером, – что ваша рабочая жена представляет реальную угрозу, как для вас лично, так и для всего нашего общества в целом! Разумеется, никакой вашей вины в этом нет, более того, ФИРМА гарантирует полноценную замену в самое ближайшее время вместе с довольно значительной денежной компенсацией.
Высказав всё это, капрал замолчал. Николя Сарджен тоже молчал… и, конечно же, молчала женщина, вряд ли понявшая хоть что-либо из речи охранника. А может, и понявшая, кто знает…
– Взять её! – скомандовал капрал своим подчинённым и те, все вчетвером, двинулись к женщине.
– Не дам!
Заслонив собой жену, Сарджен оттолкнул руками ближайшего охранника. Вернее, он попытался это сделать, но охранник даже не покачнулся. Высокий и плечистый, он удивлённо посмотрел на странного этого фермера, потом перевёл взгляд на своего непосредственного начальника.
– Послушайте… – проговорил капрал вежливо и даже доброжелательно. – Вы же умный человек и должны понимать, что…
– Не дам! – повторно выкрикнул Сарджен, весь дрожа от гнева и тревоги. – Пошли вон отсюда, мерзавцы!
Но охранники остались на месте.
– Это приказ ФИРМЫ! – в голосе капрала прозвучали первые угрожающие нотки. – Будьте добры, отойдите в сторону и не мешайте нам делать своё дело!
– Дело?! Вы называете это делом?!
Вместо ответа капрал лишь вздохнул и повернулся к своим подчинённым.
– Пусть кто-либо из вас подержит его пока! – приказал он. – Только осторожно, чтобы потом не было жалоб…
Рослый охранник шагнул вперёд и протянул руку, желая схватить Николя, но тот был начеку. Отшатнувшись в сторону и всё так же прикрывая собой жену, Сарджен ухватил со стола кухонный нож.
– Попробуйте только! – проговорил он, тяжело дыша. – Вот только попробуйте!
Охранники пробовать не стали. Не потому, что вдруг испугались ножа. Куда больше они опасались, наверное, невзначай нанести этому замухрышке какой-нибудь вред (беды потом не оберешься!), и потому лишь молча смотрели на капрала, в ожидании дальнейших его распоряжений.
Вместо распоряжений капрал взглянул на часы и вполголоса выругался.
– Отбери у него нож! – приказал он одному из охранников.
– Слушаюсь! – козырнул охранник и пошёл на Сарджена… просто пошёл, не обращая на нож никакого внимания.
– Не подходи! – закричал с отчаяньем Сарджен, широко и неумело размахивая перед собой ножом. – Я с тобой шутить не собираюсь!
– Я тоже! – процедил сквозь зубы охранник.
Обманным движением он заставил Сарджена наклониться вперёд и, ловко ухватив фермера за запястье, провёл болевой приём. Нож выпал из ослабевших пальцев Николя, он немо закричал от нестерпимой боли в руке и… тут же исхитрился подхватить выпавший нож свободной левой рукой…
– Ты осторожней всё же! – озабочено крикнул охраннику капрал. – Руку ему не сломай!
