– Куда? – не понял Сарджен, но женщина, ухватив его за руку, уже шла по направлению к проходу, выходящему в округлый зал.
– Дай ему отдохнуть, Ирума! – выкрикнула встревожено Мэри. – Хоть какое-то время!
– Нету у нас времени на отдых! – не оборачиваясь, проговорила принцесса, она же – Ирума. – И ты сама это отлично понимаешь!
Очутившись вновь в округлом зале подземелья, Сарджен с удивлением обнаружил, что тут многое изменилось. Вернее, изменилось почти всё…
Серая бетонная стена сверкала сейчас всеми цветами радуги, и они, цвета эти, всё время менялись, переливаясь, сливаясь между собой и вновь распадаясь на свои составные фрагменты. А Сарджену эта постоянно изменяющаяся цветовая гамма напомнила неожиданно ночное небо Агрополиса. В той, прежней своей фермерской жизни…
Как же любил он тогда сидеть по вечерам вместе с Мэри на ступеньках собственного дома и любоваться волшебным этим небом! И Мэри всегда держала его за руку и доверчиво к нему прислонялась. А потом, когда она начинала незаметно дремать под многоцветные эти переливы, Николя осторожно подхватывал на руки любимую женщину и нёс её в спальню. И Мэри в полудремотном своём состоянии казалась ему тогда такой юной и такой трогательно-беззащитной… а он сам являлся для неё не столько хозяином, сколько единственным защитником и покровителем на всей жестокой и безжалостной этой планете…
Защитником от всевозможных бед и несчастий…
– Сюда подойди!
Очнувшись от внезапных своих воспоминаний, Сарджен с недоумением и даже какой-то робостью взглянул на Ируму. На принцессу «диких кошек», и, кажется, самую главную тут в настоящее время…
– Не бойся, не укушу! – правильно истолковав этот его испуганный взгляд, проговорила женщина. – Подойди!
Сарджен подошёл, остановившись рядом с Ирумой, которая, не обращая на него абсолютно никакого внимания, внимательно всматривалась в небольшой участок стены, почему-то оставшийся серым.
– Ты видишь тут что-либо особенное? – спросила она у Сарджена, по-прежнему не глядя в его сторону. – Если видишь, что именно?
Не отвечая, Сарджен внимательно присмотрелся к стене.
– Тут какая-то ниша, – пробормотал он после недолгого молчания. – И она… она словно затянута серым туманом… весьма плотным…
– Протяни руку и дотронься до этого тумана! – тоном, не терпящим возражения, проговорила Ирума. – Просто дотронься и сразу же отдёрни руку!
– Нет! – выкрикнула вдруг Мэри (Сарджен и не заметил, когда же она успела приблизиться). – Постой!
Она подошла вплотную к Сарджену, осторожно взяла его за руку.
– Теперь можно! – сказала она. – Давай же, ну!
Но Сарджен сначала попытался высвободить руку. Впрочем, безуспешно.
– Я не буду даже пробовать, пока ты не отойдёшь! – проговорил он решительно. – Так что, отпусти руку!
– И не подумаю! – сказала Мэри, ещё сильнее сжимая ладонь Сарджена.
– Не глупи, Моргана! – выкрикнула Ирума. – Это может быть опасно для тебя!
– А для него? – спросила с каким-то даже вызовом Мэри.
– Для него – тем более!
– Тогда зачем ты принуждаешь его делать это?
– Я принуждаю его сделать то, что необходимо сейчас Барсуму! – с какой-то даже угрозой в голосе проговорила Ирума. – А вот почему ты мне пытаешься воспрепятствовать… этого я никак не могу осознать?!
Мэри ничего не ответила, и некоторое время обе женщины лишь молча смотрели в глаза одна одной. Сарджену, стоящему как раз между ними, было довольно неуютно от этого гнетущего молчания, но Мэри по-прежнему крепко держала его за руку, и отпускать её, по всей видимости, даже не собиралась.
– Я вижу, Моргана, что твои отношения с этим фермером зашли слишком далеко! – первой нарушила затянувшееся это молчание Ирума. – Ты не находишь?
– Не нахожу! – Мэри подчёркнуто нежно провела свободной ладонью по впалой и плохо выбритой щеке мужа. – Мои отношения с этим фермером – это моё личное дело! И только моё!
– Вот даже как?!
– Именно так! Ты что это делаешь, дебил?!
Последние слова предназначались, конечно же, Сарджену, ибо он, воспользовавшись коротенькой перепалкой «диких кошек», успел высвободить руку и быстренько ткнул ей прямо в плотный серый туман перед собой…
И рука его легко прошла сквозь обманчивую серую эту плотность…
И тотчас же серая завеса исчезла, а на её месте заблестело, точнее, замигало множество разноцветных огоньков.
– Пульт! – разочарованно проговорила Ирума (она же – принцесса). – Ещё один пульт! Ты видишь его, Моргана?
Мэри ничего на это не ответила.
– Только он странный какой-то. Непохожий на все остальные…
И вновь Мэри промолчала. Она смотрела теперь на Сарджена… странно как-то смотрела…
– Всё в порядке, Мэри! – перехватив этот её взгляд, пробормотал Сарджен почти виновато. – Со мной ничего не случилось! Впрочем, если хочешь, можешь влепить мне ещё одну затрещину…
– А знаешь, Моргана, – проговорила, как ни в чём не бывало, Ирума, – с этого пульта нам куда удобнее будет управлять…
Мэри, кажется, хотела что-то сказать, но её неожиданно опередил Сарджен.
– Это не совсем пульт, – сказал он. Потом помолчал немного и добавил: – Точнее, это и вовсе даже не пульт…
