Неужели сложно ответить на звонок?! Взять трубку и сказать — так и так, Ян, я занята делами бумажными… а не встречаюсь с Глебом. Фантазии на тему прилагаются. Перед глазами мелькают яркие, живые картинки, и от них к горлу подкатывает злость — выть хочется.
В глубине души я понимаю, что, скорее всего, это полный бред, но за нервы дёргает. Да и кто я такой, чтобы лезть в личную жизнь Леры? Отец её дочери и то пока без «бумажки», которая ей так нужна. Хотел бы я вывести наши отношения на новый уровень. Но как, чёрт возьми?! Я делаю маленький шаг вперёд, а девочка — два больших назад. Так и гарцуем — ни туда, ни сюда.
— Просто ответь… — хриплю тихо в сотый раз, набирая Лерин номер.
Теперь мне сообщают, что телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Та-а-ак, мать твою! Либо девочка сама выключила сотовый, либо я разрядил батарею дозвонами. Хочется верить, что второе, а ещё, что Лера в порядке. И Глеба рядом с ней нет.
Прячу телефон в карман и смотрю на небо — его снова наглухо заволокло тяжёлыми тучами. Зато дочь моя уселась на землю и с упоением дёргает траву. Удовольствия — море! Она уже и на четвереньках по поляне наползалась, и на ножках находилась. Волчонку в лесу хорошо и спокойно — родная стихия, и плохая погода не помеха. Но лучше нам отправиться домой, пока ливень не начался.
— Пойдём, красотка, — усаживаю Машу на шею.
Дочь покатушкам рада, а мне это только на руку — доберёмся без капризов.
Поляна, где мы гуляли рядом с деревней, недалеко от нового дома рыси. И только я вспоминаю Полю, она появляется на горизонте. Топает по тропинке, тащит за собой чемодан на колёсиках. Полина возвращается из стаи — вещички собрала, переезд у неё. Бедная кошка пёрла чемодан через весь лес. Но для сочувствия у меня ни настроения, ни сил. Пусть привыкает к нагрузкам в человеческой ипостаси, рысью ей теперь придётся быть нечасто.
Полина останавливается на тропинке — смотрит на нас с Машей грустным взглядом с поволокой сожаления. А я молча прохожу мимо. Говорить не о чем. Вон и Васька уже бежит к своей кошке помогать с чемоданом. Скачет, как козлик… Проходной двор, а не лес.
Дома я кормлю Машу полдником и снова пытаюсь дозвониться Лере. Бесполезно — телефон у неё выключен. Настроение стремительно катится к паническому. Как вожак я привык знать всё и обо всех — не переношу неведенья. Только есть проблема — здесь я ни черта не вожак, и отчитываться Лера передо мной не собирается.
За окном хлещет дождь, сверкают молнии, а я сижу в кресле с Машей и книжкой, но поглядываю на часы. Скоро Шура должна прийти, чтобы посидеть с дочкой, пока я сгоняю к остановке — Леру с автобуса встретить. Первым делом выясню у неё, какого чёрта она решила делать мне нервы. А я так не нервничал уже очень давно.
— Эй, зверюга! — раздаётся из прихожей с хлопком двери. — Новости смотрел?!
В комнату с совёнком на плече заходит Шура. Оба мокрые от дождя и с большими глазами. С Борей всё понятно — у него физиология такая большеглазая. С соседкой что?
— Какие новости? — усаживаю Машу на пол, вручаю ей книгу и встаю.
— Из-за дождя автобус вечерний из города в Любушки отменили, — Шура вытирает капли с лица. — Лера только на утреннем приехать сможет.
Твою. Мать.
— Она весь день на звонки не отвечает, — у меня дёргается глаз.
— Ага, я тоже только что звонила. Телефон отключен. Что делать будем?
— Сухари сушить, — рычу и опять набираю Леру.
Послушав монотонный голос автоответчика, хватаю ключи от машины и киваю Шуре. Она понимает без слов — догадливая шаманка. Я еду в город за Лерой. Сидеть и ждать я просто физически не могу.
— В новостях сказали, пассажиры могут переждать ночь на автовокзале, — Шура даёт подсказку и надежду мне. — В смысле те, кому деваться некуда.
— Понял. На связи.
Поцеловав дочь, я выхожу из дома. На улице настоящий потоп. Если и в городе так же, то неудивительно, что автобус отменили. И дай луна, чтобы Лера догадалась никуда с автовокзала не мчать.
«УАЗ» рычит, дворники лупят, как ненормальные, но всё равно плохо справляются с работой. Дороги почти не видно — я будто по реке на машине еду. Не разгонишься. Тут как бы вообще не встать посреди трассы. Но об этом я почти не думаю — все мысли о выключенном Лерином телефоне.
А на сердце крутится холодная паника.
***
— Девушка, мне что теперь делать?! — я на нервах ругаюсь с кассиром.
— Ждать, — холодно парирует она.
Дамочка уже отбилась от целой толпы недовольных пассажиров автобусов, рейсы которых на сегодня отменили из-за непогоды. Я подошла последней в надежде прояснить ситуацию без галдящих и трясущих билетами людей.
— Сколько ждать? — выдыхаю, пытаясь успокоиться.
— Даже если в ближайшие часы погода наладится, в ночь автобус не отправят. Так что до утра.
— Вы с ума сошли?! — у меня глаза на лбу. — Где я должна ночевать?!
— Для таких пассажиров, как вы, — девушка даже бровью не ведёт, — есть зал ожидания, а наш кафетерий сегодня будет работать всю ночь. Или хотите сдать билет? Я верну вам деньги.
