Мои крики уносят порывы сильного ветра, разгулявшийся дождь лупит по лицу острыми каплями-иглами. В этом безумии я уже плохо понимаю, что происходит, но в какой-то момент пальцы Глеба на моём запястье разжимаются, а сам он будто испаряется.
Я оглядываюсь, чтобы понять, что происходит, и вижу Яна. Большой, страшный — он идёт ко мне бесшумной, но крошащей асфальт поступью. Зверюга! Мне теперь не страшно — страшно должно быть Глебу. Он уже рядом с кроссовером, намылил лыжи драпать.
— Ты в порядке? — дикарь поддерживает меня под локти.
— Д-да, — дрожу, растирая пальцами ноющее от боли запястье.
В относительном порядке. Я напугана, и под коленками слабость, а промокшая одежда кажется невыносимо тяжёлой. Но выдать подробности я сейчас физически не способна.
— Постой минутку, — Ян говорит мне, а смотрит на Глеба.
Убийственный у дикаря взгляд — тяжёлый, яростный. В тёмных глазах чётко читается желание уничтожить моего обидчика.
Моргнуть не успеваю, а Ян оказывается рядом с кроссовером. У дикаря невероятная звериная ловкость при внушительных габаритах. А у Глеба адреналин на максимуме — он чудом успевает нырнуть за руль кроссовера и заблокировать двери. Мой пока ещё муж — натуральный жалкий слабак. Трус! Пару минут назад он был не прочь овдоветь практически своими руками, а увидев Яна, просто смылся.
Тяжёлый удар огромного кулака по лобовому стеклу — и кроссовер рвёт когти с места, едва не сбивая дикаря. Он успевает отпрыгнуть, а у меня сердце почти останавливается.
— Ян! — кричу в ужасе, срывая горло.
Дикий папочка кидает на меня короткий взгляд, сплёвывает в лужу и кроет матом вслед уезжающему трусу.
— Ты обещала, что не будешь с ним встречаться! — идёт ко мне через стену дождя. — Ты понимаешь, что этот упырь мог с тобой сделать?! Лера, на фига?! — держит меня за плечи и смотрит в глаза.
— Я-а… — хватаю ртом воздух и капли и больше ничего не могу сказать.
Это ничего не объясняет, но дикарю, кажется, и не нужны объяснения. Взгляд чёрных глаз становится мягче, обволакивая меня нежностью и покоем. Мы стоим перед зданием автовокзала под дождём и порывами ветра — одни в целом мире. Вокруг больше ничего и никого нет. Только Ян и я…
Шершавые огромные ладони обхватывают моё лицо, дикарь прижимается лбом к моему лбу и закрывает глаза.
— Моя ты… — выдыхает Ян. — Всё.
И целует. Страстно, жадно, с рыком. Прижимает к себе, и, кажется, нечем дышать, но в этих тисках мне хорошо. Дикарь не оставляет шансов сомнениям или вопросам. Я теперь его… Всё. Огрел дубиной-поцелуем по голове и уволок в пещеру.
— Ян, мы не можем так… — пытаюсь образумить его, когда поцелуй заканчивается.
Не заканчивается. Это была техническая пауза, а второй акт оказывается ещё круче первого. От впечатлений не держат ноги, и я почти вишу на шее дикаря, отвечая на жаркий поцелуй.
— Ещё что-то хочешь сказать? — выдыхает мне в искусанные губы.
— Можно мне хотя бы подумать? — язык заплетается.
— Не о чем думать, — отрезает Ян и ведёт за руку к машине. — Ты женщина, я мужчина…
Потрясающий довод! Дикий папочка гениален в своей простоте. Впрочем, с этим его качеством я уже знакома.
Он открывает передо мной дверь «УАЗика», я сажусь и понимаю, что с меня практически ручьями течёт вода. Промокла насквозь. И чертовски замёрзла — зую на зуб не попадает. Или это шок отпускает? Не-е-ет, не отпускает! Душа в лёгкой эйфории, тело — вата, мысли в кучу.
Дикарь садится за руль. Он тоже неслабо промок. Но, в отличие от меня, не трясётся, как осиновый листочек на ветру.
— Мы ведь почти не знаем друг друга, — я из последних сил пытаюсь сохранить здравомыслие.
— У нас с тобой дочь, — твёрдым тоном отзывается Ян. — Мало? Давай сына сделаем, — тянется за ещё одним поцелуем.
Или не поцелуем?..
— Эй-ей! — упираюсь в твёрдую мощную грудь дикаря ладошками, понимая, что сопротивление больше номинальное, чем реальное. — Не так быстро, п-пожайлуста!
— Ты права, — Ян завязывает с вольностями. — Для начала я хочу знать, зачем ты встречалась с Глебом.
Ух, какой тон! Хоть сиди, хоть растекайся лужицей. Глеб мне приказывал, а Ян… Нет, это не приказ — требование, которому нереально не подчиниться. И я выдаю всё — про Ольгу Петровну, про цели мужа. Рассказываю, как он нашёл меня с помощью телефона. Взахлёб.
— …Он даже пытался мне угрожать! — вхожу в раж. — Сказал, что не против остаться вдовцом.
— Смело, — абсолютно холодно бросает Ян.
И тут я понимаю, что за ледяной маской скрывается пожар эмоций. Ещё пара дровишек «в топку» — и Ян слетит с катушек.
— Эм-м… — судорожно перебираю варианты отыграть назад. — Пугал, — пожимаю плечами.
— Боятся надо ему, а не тебе, — дикарь смотрит на меня внимательным, прошивающим до дна души взглядом. — Телефон давай сюда.
Без вопросов достаю из сумочки смартфон и протягиваю его Яну. А он достаёт симку, а потом ломает его голыми руками. Как печеньку!
— Эй! — большими глазами смотрю на крошево в руках дикаря.
Ян заводит машину, сдаёт назад и, остановившись рядом с урной, опускает стекло. Обломки гаджета отправляются в мусорку.
— Утром выберешь себе новый телефон. Я оплачу.
