"Кто же знал, что найденное в старинной книге шуточное заклинание, предназначенное для того, чтобы поворачивать мелкие предметы и таким образом обманывать магглов в кости, я стану применять для того, чтобы раскрутить хроноворот, посылая в прошлое самому себе сову? Стоп! Сова!"
Пришлось опять вызывать домовика и приказывать ему принести немного молока, печенья и… хорошего яда замедленного действия из хранилища. "Прости, пернатая…" — думал Гойл, с рук кормя птицу печеньем, пропитанным отравленным молоком. Сову, которая верно и преданно служила ему уже больше пяти лет, Сайласу было гораздо жальче, чем пару-тройку магглов. К сожалению, сейчас даже сотней магглов ее заменить было невозможно.
"Ну… Теперь вроде ничего не забыл… Сова прилетит и, к сожалению, умрет. Зато сын не спросит, откуда у нас взялось… Вот дерьмо Мордредово! — выругался Гойл и в сердцах кинул на стол волшебную палочку. — Грег обязательно узнает сову, пусть она хоть тыщу раз потом подохнет! Как же я об этом не подумал? М-да… Должен признать, мне до Люца далеко. Он такие вещи вообще не задумываясь проворачивает… Что ж. Это будет немного сложнее".
План, как оказалось, требовал некоторой доработки. Пока домовой отпаивал семейную сову противоядием, Гойл аппарировал на Косую аллею и в торговом центре "Совы" купил самую простую и дешевую почтовую птицу. По возвращении домой ему пришлось снова повторить опутывание цепочкой, приклеивание артефакта и кормление пернатой ядом. За этими занятиями у Гойла было достаточно времени, чтобы тщательно все продумать, но других изъянов в плане найдено не было. Наконец взмах волшебной палочкой, тихая и короткая вербальная часть, и с хлопком сова исчезла в прошлое.
"А сейчас осталось слить эти воспоминания без остатка в омут памяти, уничтожить пузырек с ними и… все! Я ничего не знаю и только передал Малфою информацию из письма, которое мне прислал Грег. Грег ничего не знает и просто переслал мне письмо, которое было подписано Кристофером Меннингом. Само письмо было уничтожено во время моей драки с должником, а Кристофер Меннинг… ничего не знает и ничего не посылал! Круг замкнулся! Главное — оставить в памяти заметку, что в случае чего нужно настаивать на допросе легилиментом или с веритасерумом, но ни в коем случае не давать магической клятвы, которая проверяет не то, что я знаю или что думаю, а то, что произошло реально…"
Глава 64. Дележка шкуры неубитых медведей
Естественно, прямо так вот сразу никуда мы не пошли. После того, как первый "вау-импульс" у парней прошел, оказалось, что никто из них не может отправиться кутить просто так. До этого счастливого момента каждому следовало закончить какие-то важные дела. Эрни, например, отчитаться перед главой рода о полученных от Министерства преференциях. Джастину — порадовать своих родителей "найденными родственниками" и проверить бронь столика. Захария и Уэйн спешили домой побаловать своих родных гостинцами, купленными на вознаграждение от Амбридж. Энтони Гольдштейн же залепетал, по-другому и не скажешь, про какое-то сложное домашнее задание по чарам, которое задал злой декан-полугоблин и которое нужно сделать именно сегодня. При этом неосознанно тянулся рукой к запрятанной под мантию книге, в которой продолжал залипать даже после моего выхода из кабинета замминистра и толстого троллинга парней.
"Рейвенкловец — это диагноз…" — подумал я и потер ладонью лоб.
В общем, отряд нуждался в срочном стимулировании. В первичном смысле слова: острой палкой в зад потыкать! А то совсем расслабились! Стебать они меня будут!
Отобрал у Гольдштейна книгу. Сказал — отдам после. На все про все выдал два часа времени и ни секундой больше. А потом — сбор, поход и праздник. Местом встречи, под непрерывные визги паранойи, пришлось назначить Крэбб-мэнор, дав парням доступ под Фиделиус. А что делать? О каком доверии может идти речь, если я отказываюсь пригласить к себе домой? Причем самое смешное здесь то, что парни в аналогичной ситуации вполне могли бы и отговориться. "Боязно за семью", "старшие не разрешают" и прочее в таком же духе. У меня же таких шикарных отмаз, увы, не было.
Естественно, парни опоздали. Иного я от них и не ждал, но вот на сколько именно они это сделали, оказалось неприятным сюрпризом. Одни на час, другие на два, а Эрни — так и вовсе поставил антирекорд: почти на три. Сову с извинениями прислал, да и из камина появился какой-то слишком уж задумчивый. В общем, в ресторан мы отправились уже ближе к обеду. Английскому обеду, который на самом деле больше ужин, чем привычный мне по прошлой жизни обед.
