— Что ж, лучше бы тебе решить поскорее: не сомневаюсь, что Ситон прямо сейчас отправился с визитом к ее братцу просить ее руки.
Весь день Джессика, понурившись, просидела на диване. Как обычно, в гостиной было полно поклонников. Как было заранее известно, приехал и граф Ситон, провел некоторое время в кабинете Джастина, а теперь сидел рядом с ней на диване. Она же пыталась воспользоваться каждой возможностью не оставаться с ним наедине и не понимала почему.
Почему от одной мысли оказаться с Ситоном тет-а-тет у нее начинался желудочный спазм? Почему от мысли, что он упадет на колено и сделает ей предложение, давило на грудь так, что не было никакой возможности дышать?
Нервы! Это просто нервы. Она всегда о чем-нибудь беспокоилась, а эта ситуация была для нее абсолютно новой, поэтому не было ничего удивительного в ее состоянии. Сколько раз она повторяла себе, что все будет нормально, но все равно никак не могла успокоиться!
Поведение ее матери лишь усложняло ситуацию: она то и дело посылала ей умоляющие взгляды, явно призывая дать возможность лорду Ситону пригласить ее прогуляться по саду, где они смогли бы остаться наедине.
Когда дворецкий вдруг распахнул двери в гостиную, Джессика чуть не подскочила от неожиданности. О боже! Нервы, это нервы. Она разгладила юбки руками и опять устроилась на диване.
— Герцог Торнбери! — провозгласил дворецкий, и в гостиную вошел Эйден.
И опять нервы взяли свое. А еще бабочки — целые их тучи забили крылышками в животе. Ах, как он хорош! Она посмотрела на его руки и вспомнила, как они обнимали ее вчерашним вечером, как поддерживали ей голову во время поцелуя, как прижимали ее, нежную и податливую, к сильному горячему телу. Она тряхнула головой, сглотнула…
Взгляд у маркизы, совершенно огорошенной, метнулся к двери. Оно торопливо подошла к герцогу, что-то ему сказала, и вот он уже уселся на софу напротив Джессики. Весь его вид словно говорил, что он оказался здесь исключительно по случаю, просто с визитом вежливости.
В углу Элизабет вскинула голову, и они с Джессикой обменялась понимающими взглядами, а потом снова уткнулась в книгу.
— Вы уверены, что не хотите прогуляться в саду? — спросил Джессику лорд Ситон как раз в тот момент, когда Эйден усаживался на софу.
— Я бы не советовал: похоже, дождь собирается, — проговорил тот, устраиваясь поудобнее.
Джессика бросила взгляд на ближайшее окно, в котором виднелось яркое голубое небо, и нахмурилась.
— Что-то непохоже на дождь, — возразил Ситон.
— Я только что с улицы, — желчно заметил Эйден, разглядывая графа в упор.
— Может, и правда лучше не выходить из дому, — вмешалась Джессика, не желая разбираться, почему мысль остаться в гостиной показалась ей в данный момент более разумной.
— Хорошо, — покорно согласился лорд Ситон. — Понравился ли вам вчерашний бал у Уэйкфилдов, леди Джессика?
Ее наполнил такой ужас при упоминании бала, что не хватило сил взглянуть на Эйдена, и она с трудом выдавила:
— Мне очень понравилось…
— А какая часть больше всего? — лениво поинтересовался Эйден.
Она с трудом сглотнула.
— Я… э… мне понравилось…
— Танцевать? — с надеждой подсказал лорд Ситон.
— Да-да, танцевать, — подхватила Джессика, безмерно благодарная лорду Ситону за помощь. Сама она была не в состоянии нормально соображать, когда Эйден так пристально смотрел на нее.
— Прохладительные напитки были тоже весьма неплохи, — продолжил лорд Ситон все так же любезно.
— Я не употреблял прохладительные напитки, — объявил Эйден. — Все больше наслаждался красотой дам… в особенности одной леди.
Его взгляд столкнулся с ее взглядом и на миг замер.
— Да, и напитки были хороши.
Она судорожно глотнула воздуха, мечтая лишь об одном — чтобы на месте дивана разверзлась пропасть и поглотила ее. Что Эйден задумал? Почему он здесь? Нужно было срочно что-то придумать, сменить тему. И уже открыла было рот, намереваясь что-то сказать, но тут услышала голос Эйдена:
— Как вам понравилась оранжерея, миледи?
Улыбка на его лице была едва ли не по-детски счастливой, и для пущего эффекта он даже похлопал ресницами.
— Оранжерея? — эхом откликнулся лорд Ситон и вопросительно уставился на Джессику.
Она резко выдохнула. Все, достаточно! Нельзя сидеть сложа руки, пока Эйден разрушает ее мир. Нервы не выдерживали. Она была вполне откровенна с ним в отношении своих планов, и у него не было никаких прав являться сегодня сюда и говорить то, что совершенно неприемлемо.
— Можно вас на одну минутку, ваша светлость? — напряженно улыбаясь, попросила Джессика и поднялась, не дав ему возможности отказать.
— Разумеется.
Эйден встал, застегнул сюртук, послал лорду Ситону насквозь фальшивую улыбку, а потом жестом дал юной леди понять, что готов следовать куда прикажут.
Направляясь к двери, Джессика взглянула на мать и увидела откровенное беспокойство у нее на лице. Маркиза переводила взгляд с дочери на графа и не могла понять, что происходит.
Сестра тоже смотрела на них, удивленно вскинув брови.
