— Вот как раз об этом я и говорю.
— Ему точно можно доверять?
— Оскар никому ничего не расскажет.
Джеймс остановился и повернулся к Озпину.
— Я сейчас имел в виду вовсе не твоего носителя.
— Жон – наш союзник. По крайней мере, я в этом ничуть не сомневаюсь. Но разве мои слова тебя переубедят?
— Ты не счел Синдер Фолл угрозой, – заметил Джеймс. – Впустил ее в Бикон и позволил себе потерять бдительность.
Озпин устало вздохнул.
— Вот сделаешь одну-единственную ошибку…
— Леонардо Лайонхарт.
— Ладно, две ошибки. Сделаешь их, и тебе этого никогда уже не забудут.
— Как насчет Хазела, Рейвен и самой Салем?
— Несколько ошибок, – закатил глаза Озпин. – Но если не считать их, то я отлично разбираюсь в людях.
Он сердито посмотрел на насмешливо фыркнувшего Джеймса.
— Несколько крохотных промашек на тысячелетия жизни – это не такой уж и плохой результат.
— Не ты ли утверждал, что совершил куда больше ошибок, чем любой из ныне живущих людей?
Озпин молча двинулся дальше по коридорам, которые оказались ему очень даже знакомы несмотря на то, что его нынешнее тело никогда тут не бывало.
Что же касалось ошибок, то он часто о них размышлял. Да, в его жизнях хватало и крупных просчетов, и мелких неприятностей, и просто досадных глупостей, которых легко можно было бы избежать. Даже самый осторожный из людей не сумел бы действовать идеально, так что то высказывание абсолютно ничего не значило.
К слову, сейчас они с Джеймсом как раз направлялись к очередной ошибке Озпина. Сразу к нескольким, если точнее.
— Как она?
— Умирает, – ответил Джеймс. – И боюсь, тебе не удастся с ней встретиться. Впрочем, вряд ли ей вообще хочется тебя видеть.
Пусть он вовсе не пытался задеть своими словами Озпина, но тот всё равно недовольно поморщился.
— К ней разрешено заходить только Винтер, чтобы ничто не помешало процессу передачи сил, – добавил Джеймс.
— Если она решит, что ее держат в заточении, то может перед смертью подумать о ком-нибудь другом – просто назло вам.
— Ничем не ограниченная свобода передвижения Амбер что-то нисколько не помогла.
Озпин нахмурился.
Какие бы ошибки он ни совершил в прошлом, решение запереть умирающую деву в одной комнате хорошим ему совсем не казалось. Если только ее разум не стал постепенно сдавать, постоянное присутствие рядом Винтер вовсе не вытеснит из памяти воспоминания о других женщинах. А если бы в подобное положение попал сам Озпин, то точно бы сделал всё возможное, чтобы напоследок насолить своим тюремщикам.
— Ты совершаешь ошибку, Джеймс, – покачал он головой.
— Если и так, то это будет именно моя ошибка, – твердо ответил тот Озпину. – В Вейле я согласился сделать по-твоему, и мы оба знаем, чем всё закончилось.
— Угу. Бикон выстоял, Синдер лишилась глаза и в ужасе убежала прочь, а Белый Клык подвергся такому унижению, что в итоге оно привело к расколу в их рядах.
— Ты погиб.
— Не такая уж и большая цена за достигнутый результат.
— Для меня – большая, – прошипел Джеймс.
Озпин некоторое время удивленно смотрел на него, а затем с печальной улыбкой отвернулся. Джеймс так и не решился встретиться с ним взглядом.
— Понятно, – произнес он. – Прости за доставленное беспокойство. Я вовсе не планировал там погибать.
— По крайней мере, ты вернулся, – ответил Джеймс. – И сейчас важно только это.
— Да. Я тоже рад тому, что не пришлось пропадать надолго, – кивнул Озпин.
Джеймс ввел код на замке очередной двери, приложил руку к считывающему устройству и набрал второй код. Но даже после этого перед ними предстала не сама “сокровищница”, а небольшое помещение, откуда открывался вид на один интересный механизм.
— Реликвия Созидания… – пробормотал Озпин.
— До сих пор удерживает Атлас в воздухе, – сложив руки на груди, произнес Джеймс.
— Да, – кивнул Озпин. – Еще одно мое спорное решение.
— Угу, – согласился с ним Джеймс. – Я вообще не понимаю, о чем вы все тогда думали. Да, полет, конечно, помогает обороняться от Гриммов, но для этого должен летать весь город, а у нас большая его часть по-прежнему находится на земле.
— А я не понимаю, о чем думали те, кто решил начать строить дома под такой махиной, – проворчал Озпин. – Кто это вообще был?
— Городские архитекторы. Похоже, неизвестно на чем зависшие над головой миллионы тонн камня, металла и бетона вообще никого не беспокоят, – приложив ладонь к лицу, ответил Джеймс. – А если учесть Салем и ее прихвостней, то мы сейчас столкнулись с опасностью самой масштабной катастрофы в обозримой истории. Ну, или с необходимостью отвести летающую часть в сторону. Реликвию пока не получится ни убрать отсюда, ни где-либо спрятать.
— Ошибка, – покачал головой Озпин. – Моя ошибка.
— Угу, – вновь согласился с ним Джеймс. – И конкретно из-за этой остальные Королевства убеждены, что мы эгоистично не желаем делиться с ними технологией создания безопасных летающих городов. Поскольку я не могу сказать им правду, мне приходится всё время твердить о государственной тайне.
Он потер слегка отросшую бороду, а затем добавил:
— Думаю, результат очевиден. Я теперь во всём мире считаюсь злобным монстром, которого волнует лишь благополучие Атласа.
