— Ну… – через некоторое время протянул Озпин, явно еще не до конца оправившийся от града довольно странных вопросов. – Боль Салем точно чувствует. Один раз мне удалось ее задеть, и кровь тогда пошла, но рана неестественно быстро затянулась. О том, чтобы она теряла конечности, я никогда не слышал, хотя могу предположить, что они моментально прирастут, если приставить их к нужному месту. Понятия не имею, что произойдет, если рассечь ее пополам, но сомневаюсь, что мы получим две Салем.
— Ага, ее можно ранить! – воскликнул Роман. – Пусть повреждения сразу же исчезнут, но они все-таки появятся. Вполне вероятно, что Салем не будет регенерировать, если что-то помешает совместить отрубленные части.
— Похоже, ты имеешь в виду некую ловушку, – произнес Айронвуд, задумчиво потерев подбородок. – Гигантское лезвие, которое отрежет конечности или разрубит ее на куски, отделив их собой друг от друга. Что-то вроде гильотины.
— Тогда можно будет засунуть голову в бронированный контейнер, а тело в еще один, – сказала Винтер, испытывая возбуждение от весьма перспективной идеи и в то же самое время отвращение к своим собственным словам. – В теории ничто не помешает нам этот процесс повторить столько раз, сколько понадобится для достижения нужного результата.
— Мы всерьез обсуждаем то, как получше разделать женщину на части, чтобы потом разбросать их по всему Ремнанту? – уточнил Гира.
— Да, – кивнул Жон, после чего написал на доске: “Выпотрошить и четвертовать”. Затем он нарисовал рядом недовольную рожицу в бронированном ящике, поскольку его почерк за прошедшие несколько минут ничуть не улучшился. – Итак, первый способ одержать победу над бессмертным противником у нас есть. Видишь, Рейвен? Мы адаптируемся.
Она лишь хмыкнула, так ничего и не ответив. Но судя по тому, что Жон о ней знал, это был практически комплимент.
Впрочем, придуманные идеи еще следовало воплотить в жизнь. С другой стороны, всегда оставался вариант перебить всех Гриммов, а уже потом заниматься Салем.
— Еще какие-то мысли у кого-нибудь будут? Давайте, народ. Тут собрались самые светлые умы Ремнанта, не считая одного идиота. Думайте.
— Ха, – ухмыльнулся Тайянг, указав на Рейвен. – Это он о тебе говорит.
— Идиот здесь только ты, идиот.
“Вообще-то, я имел в виду себя, но, похоже, мое утверждение не соответствует действительности. Здесь собрались самые светлые умы Ремнанта, один везучий мошенник и два полных придурка”.
— Оторвать ей конечности направленными взрывами, – произнес Айронвуд, начавший проявлять куда больше интереса к теме обсуждения после озвучивания первой идеи. – Возможно, Боги и сделали так, что Салем переживет любое количество взрывчатки, но ее тело всё равно разорвет на куски. Пусть временно, но мы успеем их собрать.
Жон нарисовал круглую бомбу с фитилем – одну из тех, которые обычно изображали в мультфильмах.
— Или мы можем просто продолжать применять взрывчатку с огнеметами до тех пор, пока она не превратится в пепел, – сказала Винтер. – А еще если пламя будет достаточно сильным, то выжжет весь кислород. Ей вообще требуется дышать?
Синдер явно никогда не задумывалась над подобным вопросом.
— Хм… Я точно видела, что грудь Салем подымалась и опускалась, когда она говорила. Но для речи ведь нужен воздух, верно? Или это просто привычка? Есть шанс, что Салем потеряет сознание от его недостатка, но не умрет.
— Будем иметь в виду, – кивнул Жон, нарисовав язык пламени и подписав рядом: “О2”.
— Имеются и другие способы лишить кого-нибудь сознания, – заметил Питер. – У моей девушки есть целая коллекция различных препаратов.
Половина присутствующих нервно на него покосилась.
— Он встречается с врачом, – сказала Глинда. – Всё в порядке.
— Он с кем-то встречается? – не слишком-то и тихим шепотом переспросила Рейвен. – Как ему это удалось?
— Личное обаяние, моя дорогая, – ответил ей Питер. – Но ты можешь попробовать испытать его на себе.
Жон с трудом удержался от улыбки, в то время как Тайянг задрал голову и громко расхохотался.
Рейвен решила просто промолчать.
— Препараты могут на нее повлиять, – произнес Жон, нарисовав на доске дротик с транквилизатором. – Их эффективность мы пока не знаем, но испытания вряд ли обойдутся слишком дорого. А если ее тело продолжает работать так же, как у людей, то стоит попробовать еще и усыпляющий газ.
— Или просто накачать Салем наркотиками, – добавил Роман.
На некоторое время в аудитории наступила тишина.
— Что? – спросил Роман. – Нормальная ведь идея. С ней окажется гораздо легче справиться, если она будет лишь шататься и что-то невнятно бормотать.
— Ну… – вздохнул Озпин. – В чем-то он прав…
Жон нарисовал на доске пару грибов, снабдил их вопросительными знаками и добавил чуть ниже человечка с косыми глазами и безумной улыбкой. К слову, идей там скопилось не так уж и мало, несмотря на всеобщее убеждение в безнадежности попытки противостоять Салем.
Бессмертие вовсе не означало неуязвимость.
