Дистанция полностью

Он медленно снимает ее. Он помешан на татуировках, это уж точно.

Отступаю на шаг, пытаясь сосредоточиться на надписи чернилами, и мои глаза чуть не вылезают из орбит. Я не могу поверить тому, что читаю. Прямо над его членом красивым темным шрифтом написано «СОБСТВЕННОСТЬ СИЕННЫ». Эта татуировка изящная и красивая, что выгодно выделяет ее на фоне множества его более агрессивных рисунков.

– Зачем ты это сделал? Ты же понимаешь, что это навсегда, да? После прошлой ночи, кто знает, будем ли мы еще вместе! – тараторю я, пытаясь стереть желание со своего лица. Этот мужчина читает меня как открытую книгу. Но я хочу немного поиграть на его нервах.

– Заклеймить себя твоим именем недостаточно? – Он приподнимает бровь. – Это написано чернилами. Я принадлежу тебе. Навсегда. Злись сколько угодно, так даже лучше. Как насчет того, чтобы ты трахнула меня так, будто ненавидишь, а я трахну тебя так, будто люблю? Как тебе такое?

Он меня любит?

– Ты не любишь меня, Келлер. – Слова обжигают мне горло. Он тоже это чувствует?

– Выйдешь за меня замуж? – шепчет он. Я поднимаю на него глаза. В них я вижу только чистое обожание, заставляющее мое сердце трепетать.

– Ты… ч-что? – заикаюсь я. Он же не серьезно?

– Я абсолютно серьезен, Сиенна. Однажды ты станешь моей навсегда. Судя по твоему выражению лица, мне нужно постараться еще немного, чтобы мы достигли взаимопонимания. – Он потирает подбородок, впиваясь в меня взглядом.

Готова ли я? Могла бы я выйти за него замуж? Я не представляю, как проживу без него хоть день.

– Переедешь ко мне? – спрашивает он. – Я хочу, чтобы ты захватила мою жизнь, мой разум, мое сердце и мой дом. Доказывает ли это серьезность моих намерений? Ты для меня все, Сиенна. Мне не нужен никто другой ни сейчас, ни потом. Никогда.

На моем лице расплывается улыбка.

– Да, – мгновенно отвечаю я. Когда речь заходит о нем, я без колебаний готова броситься в омут с головой. К черту последствия. Я просто хочу его.

Его губы растягиваются в коварной ухмылке, и он подходит ко мне, пожирая меня глазами.

– Не могу дождаться, когда буду просыпаться и вкушать эту восхитительную киску на завтрак. Каждый. Чертов. День.

Я таю.

Келлер стремительно сокращает расстояние между нами, поднимает меня на руки, и я крепко обхватываю его ногами. Его твердый, как камень, член трется о мое чувствительное место, и я невольно издаю стон, когда он падает со мной на кровать. Захватив мои губы своими, он бормочет:

– Слишком много одежды, детка.

Я не могу не согласиться.

Из сна меня вырывает жужжащий недалеко от моей головы телефон. Подавляя зевоту, я беру его, не желая прерывать безмятежный сон Келлера. Хотя, похоже, ему очень неуютно в моей жалкой постели.

Я замираю, когда вижу высветившееся на экране имя.

Мама.

Дрожащими пальцами я тянусь к иконке ответа на вызов и делаю глубокий вдох, готовясь к оскорблениям, которые, без сомнения, последуют в мой адрес.

– Привет, мам, – шепчу я.

– Приятно знать, что моя дочь развлекается с богатым боксером в Нью-Йорке. Мечта сбылась, в то время как я живу в убогой квартирке без отопления. Ты месяцами не присылаешь мне денег. – Пока она сыплет пьяными ругательствами, я сжимаю переносицу и закрываю глаза. – Держу пари, ты довольна собой. Наконец-то заманила мужика с деньгами, который заботится о тебе как о высокомерной принцессе, какой ты и являешься. Именно из-за тебя твой отец бросил меня: ты разрушила наши жизни.

Пока я слушаю, на глаза наворачиваются слезы.

– Что ж, удачи тебе. Ему скоро надоест твое отношение, как и всем остальным. Ты, Сиенна, мое самое большое сожаление, пустая трата времени. Никто никогда не полюбит тебя так, как я.

– Заткнись! – наконец срываюсь я. – Ты моя мама, почему ты так поступаешь со мной? Почему не можешь просто порадоваться за меня? Всю свою жизнь я заботилась о нас обеих.

Я лишь хотела, чтобы ты любила меня, пеклась обо мне.

В динамике раздается ее злобный смех.

– Я отказалась от всего ради тебя, Сиенна, – выплевывает она своим ядовитым тоном.

– Нет, ты не отказалась. Ты пропила свою жизнь. Я так больше не могу, мама, – всхлипываю я. Почему она не может любить меня? Неужели меня невозможно любить?

– О, перестань себя жалеть, неудачница. Послушай, мне нужны деньги. У твоего мужика есть несколько фунтов. Пришли мне немного. Это меньшее, что ты можешь сделать, чтобы отблагодарить меня.

Кровать подо мной прогибается, и Келлер внезапно наклоняется и отнимает у меня телефон с легкой улыбкой. Но в глазах его плещется ярость.