Чистюля выдал губами неприличный звук и демонстративно скрестил руки на груди:
— Дать бы тебе по роже за безосновательные подозрения, граничащие с обидой. Но на первый раз прощаю.
Стеф коротко кивнул, мол, принято к сведению.
— Словом, я прикинул и решил: все не так уж плохо. Эти трое не из говорливых, личную переписку я стер вместе с аккаунтом, кэш почистил, о существовании друг друга они не знают. И если твой отец не умудрится показать людям что-то настолько же опасное, может, и пронесет. Но лучше бы не рисковать. Это же даже не компетенция егерей, Марта. Если о снах узнают те, кто заботится, чтобы некоторые тайны так и оставались тайнами… — он кивнул на поводок — Сомневаюсь, что они будут размениваться на безделушки вроде этой.
— Ну прекрасно, нет — Чистюля опять соскочил со стола и в этот раз таки сбросил чайник. Марта молча указала ему в угол, где лежала тряпка — А конструктив — уточнил он, промокая лужу — конструктив в чем? Предлагаешь пойти на кладбище и попросить: господин Баумгертнер, прекратите разбрасываться снами государственного значения, так как пострадают невинные люди?
— Звучит обнадеживающе, но вряд ли это от него зависит — да, Марта?
Марта поднялась, налила новую порцию и опять включила чайник.
— Не знаю — сказала — от чего это зависит. Но попробую выяснить.
Если, конечно, отец включит мобильный. Или — тогда уже завтра, заехать к нему после Инкубатора.
Вот черт, догадалась она, если Инкубатор — выходит, опять Штоц. А он железно требовал: заявиться с отцом в понедельник или вторник, не позже. Сегодня при ребятах отморозился, «когда будет удобно, пусть приходит», ага, но при этом — «лучше бы не затягивать». И поторопился, заметьте, к Бударе.
И что делать?! С кем посоветоваться? У Виктора своих проблем хватает. Втягивать Стефа с Беном еще в эту историю? Поговорить откровенно с Элизой?
Ладно, решила она, утро вечера мудренее. Выдумаю что-то, солгу. Или таки сходим; в итоге, большое дело — наведаться к Штоцу! Не съест же он нас.
Домой она пришла поздно: пока навели порядок, пока обсудили еще раз план действий. Собственно, плана как такового не было, «держать нос по ветру и не подставляться» планом не назовешь. А, так, и ежедневно обмениваться новостями — это если будут новости.
Марте очень хотелось спросить у рыцарей, не слышали ли они что-то о «Драконьих Сиротах» — и сдержалась. Дело было не в обещании Штоцу, он просил потерпеть два дня — ну так два дня прошло. Просто — как объяснить, зачем тебе все это нужно? «Тебе что, Марта, остальных проблем не хватает»? Не вдаваться же в нюансы относительно Виктора и его исследований.
— Будешь ужинать? — спросила Элиза. Она сидела в гостиной, по телевизору показывали какой-то отечественный сериал, «Дочка егеря-2» или что-то в том же духе. Мачеха его не смотрела, у нее на коленях был нетбук, на экране — лента новостей и в отдельном окне — почтовый ящик.
— Не откажусь, благодарю — Марта расстегнула сумку и вытянула яблоки — Здесь тебе передали.
Элиза обернулась. Лицо у нее было исхудавшим, под глазами — тени. Даже макияж не помогает, подумала Марта почти с сочувствием.
— Да, он мне писал, предупреждал. Прости, я сказала, чтобы больше тебя не дергал. Там… непросто все.
— Ладно — сказала Марта — Ясно.
— Не в том смысле. Эти яблоки — он их, считай, незаконно достал. Если напарник обнаружит или еще кто.
— Ладно — повторила Марта — Слушай, ты не знаешь, а какие у него дела с Штоцем?
— С Штоцем? — У Элизы как раз выпрыгнула иконка получения нового письма. Она открыла и проскролила — Ну какие у них могут быть дела. Слушай-ка, Марта, ты не забыла — господин Ньессен завтра ожидает тебя с документами.
— А нельзя просто отправить по почте? У меня завтра Инкубатор, ну и…. — она запнулась — Ладно, о почте — это я глупость сморозила. Пока дойдет, я уже выпускные сдам. Но… курьером, например?
Элиза наконец оторвалась от экрана.
— Марта — сказала — это не рядовой бюрократик из конторы. Господин Ньессен — один из правильных, уважаемых граждан Ортынска. И он делает нам услугу, понимаешь? Я бы опять пошла с тобой, но… это то, о чем я хочу поговорить с тобой отдельно. Ты сначала поужинай, и так уже поздно.
Спорить с ней Марта не была готова. Решила: поем, а потом скажу ей все-таки, и гори оно синим пламенем. Не поеду на завод, просто не смогу — кажется, даже ради Виктора. И знать не хочу, как этот правильный человек умудряется быть добрым отцом или там мужчиной. А может, он часть своей памяти сгружает на флешку и оставляет на работе — ну, чтобы не помнить о том, что творится у него на заводе? Обо всех тех собаках, какими они приходят и какими идут после доения.
Марта ужинала — и слышала, как Элиза с кем-то говорит по телефону (да, так, напрочь из головы вылетело, прости, я скажу ей, а, ты сам, ну хорошо), потом мачеха опять принялась щелкать по клавишам, и в этот момент задребезжала мобилка Марты.
— Привет — сказал отец — У тебя какие планы на завтрашний вечер?
— Пока не знаю — честно ответила Марта — Уроки на среду готовить, все-таки. Если ты о Штоца, то…
