Когда взошло солнце, то открылось прекрасное зрелище этих полков, с их блестящими латами, сверкающими в солнечных лучах. Так они приблизились друг к другу. Принц с несколькими людьми свиты поднялся на маленький холм и ясно увидел врага, идущего прямо на них. Спустившись с холма, он растянул свою боевую линию на равнине, и затем остановился. Испанцы, видя, что англичане остановились, сделали со своим строем то же самое. Воины каждой из сторон подтянули свои доспехи и приготовились к немедленной схватке.
Воспользовавшись паузой, Черный Принц прочитал молитву, напоминая Богу, что правда на его стороне:
Истинный Бог, Отец Иисуса Христа, который создал и сделал из меня то, что я есть, снизойди ко мне, и в своем милосердии сделай так, чтобы успех битвы этого дня был бы моим и моей армии, ведь ты знаешь, что воистину, я взялся за это дело единственно ради поддержания закона и справедливости, чтобы восстановить на троне этого короля, который был лишен наследства и изгнан и с него и из своей страны.
После этой преамбулы обе армии возобновили движение вперед по сигналу: "Вперед знамена, во имя Бога и Святого Георгия!" с одной стороны, "Кастилия — королю Энрике!" с другой. В отличие от обычной практики, здесь никто не действовал от обороны, обе стороны перешли в атаку и встретили друг друга на полпути. Не было предусмотрено никакой определенной тактики, никаких обходных маневров, битва при Нахере была сражением архаического типа, состоящим из лобового столкновения двух масс бойцов. Несомненно, отсутствие согласованности между разными народами во многом объясняет невозможность создания реального плана. Бок о бок сражались воины с совершенно разными привычками и традициями: в частности, в армии короля Энрике ливийцы, триполитанцы и генетуры, привыкшие к арабскому стилю ведения войны, сражались вместе с балеарскими пращниками, генуэзскими арбалетчиками, кастильскими кавалеристами, бретонскими и французскими рыцарями из всех регионов. Присутствие на стороне принца Уэльского пылких гасконских всадников заставило англичан отказаться от традиционной оборонительной практики. Дю Геклен был здесь лишь командиром баталии, неохотно вовлеченным в дело, которое он не одобрял. Он сражался со свойственной ему яростью и преданностью, зная, что противники превосходят его армию по качеству, и имея лишь ограниченное доверие к испанским войскам. Его поведение при Нахере было героическим, и, несмотря на поражение, его репутация выдающегося бойца укрепилась. Если Черный Принц был победителем, то Дю Геклен был героем, которым восхищались обе стороны.
Когда противников разделяло менее двухсот метров, арбалетчики Энрике выпустили стрелы; английские лучники открыли ответный огонь, еще раз продемонстрировав свое превосходство: по команде, каждые десять секунд, облако стрел со свистом обрушивалось на врага; арбалетчики быстро рассеялись. Но очень быстро баталии Ланкастера и Дю Геклена сошлись в рукопашную; две массы пеших рыцарей столкнулись, с обычным грохотом, ударами мечей и топоров по доспехам. Фруассар в экстазе: "При их первом столкновении образовалась ужасная мешанина из их копий и щитов. Долгое время они пробыли в таком положении, прежде чем смогли найти какие-нибудь бреши друг у друга. Было совершено много славных подвигов, и много рыцарей пало на землю, и они больше не могли подняться сами".
