Из произшедшаго в Елисаветграде случая гг. члены комитета и комиссары по частям города должны были научиться, какое внимание надобно обращать на благосостояние народное в настоящих обстоятельствах здешняго края, и потому я настоятельнейше подтверждаю не ослабевать] ни малейше в принятых мерах, дабы предохранить город от новых нещастий, могущих постигнут[ь] оный единственно от нерадения или безпечности тех, на кого возложено попечение о благе народном; но я столько знаю усердие и деятельность гг. членов и комиссаров, что не сомневаюсь в исполнении каждым своего долга и потому остаюсь спокоен. Ни один больной в городе не должен пребывать в неизвестности и ни один умерший предан земле без надлежащего освидетельствования. Сею единственною осторожностью можно избегнуть тех неприятностей, которыя встретиться могут.
Комитет не оставит продолжать доносить мне обо всех произшествиях каждую почту».
Г. Л. Дюк-де-Ришелье».
Этот документ, проникнутый человеколюбием, сохранился в городском архиве. Какой разительный контраст с сарказмом тайного советника Куракина! Неудивительно, что граждане Елисаветграда впоследствии с большой готовностью примут участие в сборе средств на сооружение памятника Дюку...
На фронт Ришельё так и не вызвали, и он продолжал нести свой крест. Для жителей Новороссии, лишившихся всего, что имели, в трёх губернских городах были устроены работные дома (Дюк сообщал об этом в письме графу Гурьеву). Один путешественник, побывавший в Одессе в 1813 году, описывает круг общения генерал-губернатора: «Во всё время до обеда, во время стола и после приходили разные люди высшего и простого класса, по делу и без дела — и всех он принимал ласково и терпеливо, хотя, видимо, усталость одолевала его».
В это время Наполеон довольно успешно отбивался от Шестой коалиции. 26-27 августа состоялось сражение при Дрездене; союзники были отброшены в Богемию. В сентябре Леона де Рошешуара отправили к шведскому королю, чтобы убедить его примкнуть к союзникам. 4 (16) октября вблизи Лейпцига началась Битва народов, в которой войска императора французов сошлись с армиями России, Австрии, Пруссии и Швеции. 5 октября Ланжерон, награждённый за десяток предыдущих сражений[52] орденом Святого Георгия 2-й степени и шифром (императорской монограммой) на эполеты, атаковал левое крыло неприятеля, а 7-го его корпус ворвался в город и гнал врага до самых Лютценских ворот. Понеся большие потери, Наполеон начал отступление во Францию, которая теперь одна оставалась под его властью. Узнав о разгроме, маршал де Гувион Сен-Сир, осаждённый в Дрездене, попытался прорваться, но после неудачи был вынужден капитулировать и сдаться в плен. Шедшие к нему на выручку войска были остановлены ополченцами отряда действительного статского советника А. Д. Гурьева; их командир был награждён орденом Святого Георгия 4-й степени, австрийским орденом Марии Терезии и прусским орденом Красного орла 2-й степени и назначен комендантом Дрездена.
Ришельё же 2 ноября 1813 года встречал в Одессе заклятого врага Наполеона — королеву Неаполя Марию Каролину Австрийскую, родную сестру казнённой Марии Антуанетты.
В 1768 году она вышла замуж за Фердинанда IV, короля Неаполя. (Вообще-то он собирался жениться на её сестре Марии Иоанне, но та умерла, а вслед за ней скончалась и другая сестра-невеста, Мария Йозефа. Пришлось брать оставшуюся. Любви между супругами не было, но в браке родилось 18 детей. Старшая дочь Мария Тереза (1772—1807), выданная в 1790 году за императора Священной Римской империи Франца И, произвела на свет Марию Луизу, ставшую впоследствии женой Наполеона, которого её бабка считала узурпатором).
Неаполем на деле правила королева, а не её бесцветный супруг. В политике образцом для неё была мать, императрица Мария Терезия. Чтобы упрочить связи между Габсбургами и Бурбонами, Мария Каролина умело заключала династические браки и рассадила своих детей по главным тронам Европы. Её сыновья и дочери шли под венец со своими кузинами и кузенами, и она стала «бабушкой Европы» задолго до английской королевы Виктории.
