Дюнкерк полностью

Во второй половине дня улучшилось положение на побережье. Подошли китобои, спасательные шлюпки, тральщики, буксиры, портовые суда и торговые суда каботажного плавания. Из Северного моря и из портов восточного побережья Англии в Дюнкерк были отправлены дополнительные эсминцы.

«Крупные суда вели работу в условиях, когда с каждым часом их задачи усложнялись и опасность возрастала. Емкость Дуврского порта использовалась до предела. Ввод и вывод судов в сложных условиях приливов и отливов, особенно в ночное время, являлись в этом порту тяжелым подвигом кораблевождения. Кроме Дувра корабли, пользовавшиеся новым маршрутом, должны были пройти через рейд Дауне. Никто из шедших на Дувр не забудет трагического величия обстановки на рейде Дауне в эти дни. Корабли прокладывали себе путь через лес мачт и нагромождения судов, потопленных магнитными минами».

В этот день было потеряно два войсковых транспорта. Один из них был потоплен торпедным катером, что стало для адмирала Рамсея и его планов эвакуации новым ударом, потому что до сих пор германский флот не рассматривался как серьезная угроза. Теперь же его пришлось тоже принимать во внимание. Второй транспорт, на котором было 920 человек, был потоплен немецким бомбардировщиком, но, к счастью, его команда и эвакуируемые были подобраны вовремя подоспевшим сухогрузом.

Были потери и у французов. До того дня их армия не участвовала в эвакуации, но 28-го французы решили эвакуировать «специалистов определенных категорий», и адмирал Абриаль отправил по северному маршруту караван из судов, на которых было 2500 человек. Однако шедшее впереди грузовое судно, имевшее на борту тысячу человек, подорвалось на магнитной мине и затонуло. Большинство бывших на нем людей были подобраны направлявшимися в Дюнкерк судами китобоев.

Но потери уже не могли поколебать дух англичан, к ним все были морально готовы, и темп посадки только нарастал. 28 мая стало днем, когда у всех появилась реальная надежда на успех эвакуации. За сутки из Дюнкерка в Англию благополучно прибыли 17800 человек.

Военно-морское министерство не колеблясь предоставило полную свободу стихийному движению, охватившему моряков, проживавших на нашем южном и юго-восточном побережье. Каждый владелец судна любого типа, парового или парусного, выходил в море и направлялся в Дюнкерк; приготовлениям, к счастью, начатым неделей ранее, сейчас помогала блестящая импровизация добровольцев, достигавшая замечательного размаха. 29 мая прибыло мало судов, но они были предвестниками примерно 400 мелких судов, которым с 31 мая было суждено сыграть исключительно важную роль в перевозке почти 100 тысяч человек от побережья до кораблей, стоявших на якоре. В общей сложности в спасении армии под непрерывной неприятельской воздушной бомбардировкой участвовало около 860 судов, из которых почти 700 были английские, а остальные принадлежали союзникам.

Уинстон Черчилль.

29 мая бои на разных участках фронта слились воедино. «Мешок», в котором находится противник, продолжает сужаться, – писал Гальдер. – Очень интересно, какие силы еще находятся в этом пространстве (45 км в длину и 30 км в ширину)? Противник сопротивляется, хотя в наших руках уже находятся Лиль, Рубе, Туркуан. Он ожесточенно отражает наши атаки на флангах». Англичанам и французам, защищавшим плацдарм, пришлось вновь отойти, и в результате образовался один общий фронт. Не всем удалось добраться до Дюнкерка, многие отряды попали в окружение и были взяты в плен или перебиты. Тем не менее к полуночи основная масса английских экспедиционных сил отошла на оборонительный рубеж вокруг Дюнкерка и создала единый фронт обороны от моря у Мардика до моря у Ньивпорта.

В своей книге «The Turn of the Tide» Артур Брайант, основываясь на дневниках британского генерала Брука, пишет: «Чуду, совершенному флотом при эвакуации, предшествовало не меньшее чудо, совершенное армией ее выходом к побережью. Успех Алана Брука с отводом армии через сужающийся коридор между наступающими группировками противника является одним из важнейших подвигов военной истории Англии».