– Купцы очень просили сохранить в тайне встречу с вами, сие предприятие для них небезопасно, – продолжал капитан. – Поэтому было решено, что встреча пройдет в тихом месте, где нет зевак.
– Я понимаю, – ответил кавалер.
Конечно, он помнил советника Вальдсдорфа – как же забыть этого неопрятного толстяка. А вот то, что они с господином Фульманом уже знакомы, Волков не знал, пока его не увидал. Вспомнил он этого господина, уже с ним как-то встречался у графа, когда разбирался из-за сплава плотов. С купцами были добрые люди при железе числом шесть человек, но держались они поодаль, за спинами господ, и в дело не лезли.
Все поздоровались. Капитан Тайленрих указал прибывшим их место за столом, кавалер излишнюю вежливость показывать не стал, сел первый. Он не купчишка какой. Купцы тоже стали садиться. Племянник и его компаньон Цеберинг разместились возле Волкова. Он пожалел, что не взял с собой брата Семиона. Этот умник сейчас оказался бы кстати. Не подумал, ладно, и без него поговорит.
– Думаю, что выскажу общую мысль, если скажу, что время для распрей проходит, – начал советник Вальдсдорф.
Толстяк, кажется, привык всегда говорить первым. Пусть его. А еще по неписаному кодексу советник должен был принести извинения за то, что люди Рюммикона схватили людей Волкова. Но и на это смолчал кавалер, не стал толстяка вежливости учить.
– Да, время распрей прошло, война нам не нужна, но не о ней собрались мы тут говорить, – сказал он. – Мой племянник выбрал своим ремеслом дело купеческое и, побывав у вас, решил, что выгодно будет ему покупать у вас лес и уголь.
– И мы тому рады, видим мы, что ваш племянник не по годам умен, – отвечал кавалеру лесоторговец Плетт, заодно кланяясь юному Бруно Дейснеру.
Мальчишка покраснел, вытянулся в струнку и от волнения даже не ответил поклоном. А Плетт продолжал, улыбаясь:
– Жаль, что меж нами распря, иначе все оказалось бы просто. Но даже в нынешних условиях мы готовы поставлять вам и лес, и древесный уголь по хорошей цене. По самой хорошей цене, если вы…
– Если я что? – спросил кавалер.
– Если вы возьмете на себя все таможенные расходы.
– Таможен его высочества на моей земле нет, – пожал плечами Волков, – а уж дальше племянник сам с таможнями разберется. Так что мы будем просить самую низкую цену, что вы готовы давать.
– Коли так, то мы запросим всего восемнадцать крейцеров за корзину угля, дешевле никто вам на нашей реке не предложит, – заявил Плетт. – И лес для вас самый дешевый выйдет.
– А у вас мы готовы брать все седла, всю сбрую, какая бывает, и всю кожу, что готовы вы нам продать, но и за то, в свою очередь, будем просить цену низкую, – добавил господин Фульман.
– Мы выясним цены на кожу и все остальное, только вот как мы все это станем возить друг другу? Моему племяннику к вам ездить небезопасно, и если вы ко мне станете ездить, могут увидать и донести, – сомневался кавалер.
– Верно-верно, – кивали купцы, и за всех отвечал советник Вальдсдорф:
– Если по цене мы сойдемся, если таможня нас не обложит, то прибегнуть можно к купеческим способам, всем давно известным.
– Я не купец, мне они неизвестны.
– У нас есть доверенные люди из местных, – сказал советник, – капитан Тайленрих их знает. Это купцы и хозяева лодок. Они и к нам заплывать могут, и к вам без боязни. За свою долю они с удовольствием за дело такое возьмутся.
– Ах вот как, значит, купцы и лодочники из Фринланда станут возить товары, – протянул кавалер, – что ж, это мудро.
Он на мгновение замолчал, раздумывая. А подумать было о чем.
Для герцога Волков пока что был всего-навсего ослушником, нерадивым вассалом, что затевает войны на границах. Дело, конечно, неприятное, но нередкое и простительное. Воинственным вассалам многое прощалось. Война для благородного человека – вещь обыденная. А непослушание сеньору – проступок, конечно, но не из тех, за которые сразу рубят голову. А вот контрабанда – уже совсем другое дело. Это удар не по престижу сеньора, а по его кошельку. Вот тут сеньор и впрямь может обозлиться не на шутку. На кой черт человеку такой вассал, который его совсем не слушается, затевает войны, да еще его же и обворовывает. Не нужен был герцогу такой вассал, но, к сожалению, Волкову требовались деньги. И он сказал:
– Да, нам нужна самая низкая цена на все, а про таможню забудьте.
– Вот и отлично, – обрадовались купцы, – значит, дело пойдет.
Кажется, толстяк Вальдсдорф не был таким уж неприятным человеком. Наоборот, всячески старался расположить к себе кавалера. Он поведал ему некоторую важную информацию о том, как собирают пошлины в Малене и на границах земли Ребенрее. Купцы также советовали Волкову, как складировать и разгружать товар.
Оказалось, что его прекрасные новые амбары, что стоят возле пирсов, совсем не подходят для хранения угля и леса.
