Никто из наёмников не проронил ни слова, один лишь огладил гладко выбритое лицо, да ещё парочка хмыкнула то ли весело, то ли удивлённо.
— Остальные переходят под командования сэра Марвина, названного Преданным. После нашего отплытия возвращайтесь в лагерь, держите оборону, беритесь за простые контракты со стабильным доходом и ждите моего возвращения. Я вернусь.
Сэр Марвин кивнул, после чего дал знак, и весь отряд стал готовиться к пешему походу без вопросов и возражений. По всей видимости, за исключением Финна, в рядах Рыцарей Эриндаля царит образцовая дисциплина. И это те же самые люди, что устроили двухдневный кутёж?
— Чего он им сказал? — спросил Кнут.
— Сказал, что наши проблемы только начались, — ответил Риг и обратился на железном языке уже к Финну. — Почему ваш король не берет с собой всю свою малую дружину? Почему только вас двоих?
— Просто во мне одном и скрыта вся мощь малой дружины Короля, — улыбнулся наёмник. — Остальные обычно нужны для того, чтобы оттенять моё величие.
Посмеялся только он один, но его это, кажется, нисколько не заботило.
— А, ну и ещё на корабле осталось всего два свободных места, так как большую часть выкупили твои местные друзья.
С этими словами Финн кивнул в сторону и Риг, проследив за его взглядом, увидел Эйрика, стоящего напротив отца. Они о чем-то беседовали, и хоть с такого расстояния слов было не слышно, но выглядел Торлейф не особо довольным. В какой-то момент замахнулся, казалось вот-вот ударит сына, но в итоге просто медленно опустил руку.
— Значит, сын ярла собрал дружину и поедет с нами, — медленно проговорил Риг, чувствуя, как невидимая тяжесть на его плечах набирает вес.
— Скорее уж это мы плывём с ними.
— На Мёртвые Земли? — представить себе тучного Эйрика на Мёртвых Землях было почти смешно. Было бы даже смешнее, если бы днём ранее этот самый Эйрик не скомандовал выстрелить Ригу в спину. — Как Браудер мог это допустить?
— У великого короля Эриндаля не было особого выбора, — ответил Финн с ухмылкой. — Места на корабле стоят денег, а наше величество пока может платить лишь обещаниями. Сын ярла же платит золотом. И золота у грозного толстячка было куда больше, чем у нас обещаний.
— Понятно, — только и сказал Риг, хотя понятно ему было не так чтобы многое.
Вчера, ещё до их столкновения на Дозорных Холмах, и даже до того, как Риг договорился с Королём, Эйрик уже выкупил большую часть мест в поездке до Мёртвых Земель. И он понял замысел Браудера взять с собой бессмертную Кэриту, попытался помешать этому, и потому отправился стеречь покой сестры самостоятельно, вместе со своими шавками. Почти преуспел, на самом деле. Но зачем?
— Сын ярла хочет плыть на Мёртвые Земли?
— Едва ли не больше нашего. Не то, чтобы мы прям рвались, конечно, хорошее место мёртвыми Землями не назовут. Но мальчишка даже из-под тёплого отцовского крыла туда лезет, это наверное говорит о чём-то.
— Но почему он вообще смог выкупить места на вашем коробле?
— Потому что мы ничего не выкупили вообще, — улыбнулся наёмник. — Кабы отшельники не дали Браудеру своё слово, твой рыжеволосый друг мог бы скупить все места до единого. Но вчера посидели они за столом все вместе, померялись своими честными словами и достоинствами, да сговорились, что отправимся мы на смерть все вместе, одним отрядом. Ну ты знаешь, они любят убивать людей, мы любим убивать людей — у нас довольно много общего, если подумать. Мы практически друзья. Ну и там же порешали, что Браудер только четверых человек с собой возьмёт, а большего за честное слово не купишь.
— То есть, денег у легендарного Безземельного Короля нет, — уточнил Риг. — Только шесть сотен воинов на другом континенте.
— Две сотни. Или меньше, смотря как считать.
С тяжёлым вздохом Риг опустился на землю. Отшельники не станут вмешиваться в их распри, Кэрита не сможет вмешаться, даже если захочет вдруг выйти против родного брата, а без них выходило, что в отряде Короля всего четыре человека. И это считая далёкого от войны Рига. Пятеро против Эйрика и его дюжины ворлингов.
Столько усилий, столько отчаянного риска, и всё ради того, чтобы променять тюрьму в виде города, на клетку в виде корабля. И даже если их не убьют по пути, корабль доставит их в Мёртвые Земли, на растерзание старой магии, и где случиться может и вовсе всё, что угодно. Где никто не удивится, если тела их так и останутся там.
Риг чувствовал, что задыхается. Из всех его планов этот был самый безумный, и он рассыпался прямо у него на глазах, при том, что и вначале-то был полон дыр точно старая тряпка. О чем он вообще думал? На что надеялся? Поглощённый желанием выбраться из города Торлейфа, он ни разу не задумался о цене, полагаясь на защиту наёмников. Наёмников, для которых он теперь не более чем бесполезный груз. И что дальше? Сын Торлейфа будет заправлять на корабле, как продолжение руки своего отца, и нет никаких сомнений, что эта рука однажды задушит его во сне.
Рука Кнута, тяжёлая и крепкая, опустилась на его плечо.
