Как бы не кривился от боли безглазый охранник, его тело принадлежало мне. Пока оно не потеряло всю кровь, им нужно было пользоваться, тем более в исполнении плана медлить нельзя. Пока Настя обнимала Вику — дура поверила, что мой человек на ее стороне, — оставляя вне ее видимости весь первый этаж, я заставил Бориса вытащить нож из живота и подняться. В бледно-зеленой дымке он крался к Лизе со спины. Та уже подготовила тюбик клея от грызунов. Она склонялась над Аварией и перекрывала его обзор. Наконец безглазый проскользил по кровавому полу и вонзил керамбит в затылок Лизы — мгновенная смерть во благо.
Тюбик с клеем выпал из ее руки на колени Аварии. Потом завалилась и сама Лиза. «Ангел залечивает рану, — подумал одноногий и погладил ее по голове. — Какие прекрасные волосы. Какие теплые. Какие влажные». Он посмотрел на ладонь и оторопел: поверх подсохшей крови первого охранника лежали свежие сгустки. Авария еще раз погладил своего ангелочка и нащупал на затылке впадину с ручейком. «Святой источник, — произнес он вслух. — Ах, Господи, что я…» Он поднял голову: сверху уже смотрели две кровоточащие глазницы Бориса. Все его лицо было усеяно желто-зелеными, впившимися в плоть шариками, похожими на гнойники.
Авария только открыл рот и сразу получил рукояткой ножа в висок. На этом силы в теле охранника закончились, и он свалился в уже образовавшуюся человеческую кучу.
Илья все еще тарабанил по двери кухни. Требовал выпустить. Он слышал хлопок и знал, что тот значит. Он спрашивал Вику, в порядке ли она, и не верил, когда та отвечала, что все хорошо. Илья слышал новые голоса и знал, кому те принадлежали. Он хорошо помнил двух девчонок, курящих в кабинке школьного туалета.
— Настя, это ты? — спросил он с другой стороны двери.
— Да, Илья. Это я.
— Выпусти меня! Выпусти немедленно! Я должен знать… должен видеть!
— Все в поряде, Илья. Все на мази. И будет еще лучше, когда мы все выберемся. А пока ты там, ты в полной безопасности, — сказала Настя и сильнее придавила Вику к двери. — Вика не даст соврать.
— Илья, я тебя прошу: оставайся там, что… — Вика взвизгнула.
Взвизгнула и Настя, только не так правдоподобно.
— Что там? Что там? — спрашивал Илья, но никто больше ему не отвечал. Никто его больше не слышал.
От ранее густого дыма остался только запах гари, да и тот выветривался с завидной скоростью.
На полу, в увеличивающейся луже крови, Вика опознала Аварию, прижатого свежими телами жертв. Он дергался, пытался выползти, стонал. Облокачивался на пол, но в скользкой темно-красной массе руки его разъезжались, и он падал. Повторял и снова падал. Силы — его собственные — покидали.
Покидали силы и Вику. На мгновение ноги ее подкосились, ее пошатнуло. Спиной она проскользила вниз по двери кухни и так бы и ударилась виском о ручку, не успей Настя подхватить ее. Вика повисла на ее руках… испуганная до ужаса. Страх вызывало не кровавое месиво, не трупы, не поднимающийся за барахтающимся Аварией Козлов с металлическим осколком в руке, а мерзкая темная гадость — мрачная кровь, что ручьем текла из носа ее друга-калеки.
«Она захватила его», — подумала Вика.
— Откройте же мне наконец эту поганую дверь! — разрывался в гневе Илья. Он носился по кухне в поисках инструментов для вскрытия двери, в поисках хоть чего-то тяжелого, что могло сгодиться тараном. Среди поварешек, ножей, кастрюль и прочей поварской лабуды он нашел молоток для отбивки мяса. Взял его и тут же бросил — почти таким же молотком он чуть не забил до смерти свою сестренку Полю. Воспоминания тяжелым грузом легли на его плечи. Обрушились. Он схватился за голову, сжал волосы и дернул. Боли не почувствовал: парик разорвался на две части. — Откройте мне! — И заплакал.
Эмоции. Какие же они у него вкусные. Питательные.
Игорь уже стоял на коленях позади Аварии. Левое плечо сочилось. Из него торчал алюминиевый осколок обломка рамы, который Игорь держал в правой руке. Идеальный предмет, которым так просто можно лишить жизни еще одно жалкое существо. Одно резкое движение в горло, одно — контрольное в сердце — и все. По иронии судьбы алюминиевый обломок дверной рамы, чуть не убивший его, стал орудием убийства другого.
— Сзади! — крикнула Вика, не надеясь, что Авария ее услышит. Она уже сомневалась, что он вообще присутствует в этом мире. Если в нем и оставалась своя собственная часть сознания, то совсем крохотная. В этом Вика была права. — Сза…
Настя, удерживающая ее руками, заткнула ладонью пасть этой суке. Когда эта сука начала мычать, другой рукой Настя обвила ей горло. Начала душить.
Эмоции… их было так много…
— Тебе повезло выжить в прошлый раз — оскалился Игорь, наблюдая за дергающимся Аварией, — чтобы повезло сдохнуть сегодня!
Авария повернулся на голос и успел заметить промелькнувший перед глазами блестящий кусок дверной рамы. Инстинктивно отвернул голову.
Игорь промазал: не попал ни в горло, ни в сердце, ни даже в плечо. Кусок металла забренчал по полу. Звон окатил весь первый этаж.
