Ласкер ответил, что в музыке он ценитель небольшой, но я такой милый молодой человек, что он искренне радуется моим успехам. Начался сеанс. Пришли смотреть Дранишников, Бориславский, Бударина - все толпой за моей спиной и даже волновались. Капабланка ходил с чрезвычайной быстротой. Много партий он начал королевским гамбитом и я боялся, чтобы и со мной он не разыграл этот дебют, но мне повезло. Партия была солидная, я уткнулся в доску, постарался не обращать внимания на окружающих и получилась приличная партия. Далее Капабланка немного насел на меня, но потом партия выправилась. Дранишников и Бориславский с напряжённым вниманием следили за игрой и иногда решались предлагать советы, впрочем плохие. После двухчасовой игры партия совсем выправилась и стояла на ничью. Но горе в том, что осталось всего пять-шесть игр, а потому Капабланка играл с такой скоростью, что совсем не было времен подумать. Он как-то прорвал цепь моих пешек и выиграл партию. Объявил результаты сеанса: +27 -1 =2, причём одна из ничьих - по любезности старику Сабурову. Последнюю партию кончил Башкиров. Он пришёл с опозданием, игра по консультации с Рубинштейном и Маршаллом и всё-таки продул. Я был несколько огорчён проигрышем - до сих пор я не проигрывал в сеансе одновременной игры - и для реванша записался в четверг. Уходя, я простился с Ласкером, который завтра уезжает. Ласкер был очень мил и звал меня к себе в гости, когда я буду Берлине. Я очень гордился этим приглашением. Моя заметка со сравнением с Моцартом и Бахом ещё не появилась, но кое-кто уже знает про неё и улыбается мне.
Утром валялся и читал рецензии. Обещал пойти на экзамен Алперс и Гаука, но был урок английского и я не попал. Днём гулял по Невскому и Морской.
Вечером заехал на своём автомобиле Башкиров и повёз меня к себе. Он говорит, что сам он и Капабланка собираются ехать в Лондон и тоже через Швецию - шикарно, поедем все вместе.
У Башкирова меня опять заставили играть; потом я выиграл партию в шахматы у его знакомого, очень любезного князя из Симбирска.
Опять рецензий целая куча и все хвалят, даже маленький листок захлёбывается. Днём я ходил на экзамен Ирецкой, вообще чувствовал себя героем, хотя впрочем ничего интересного на экзамене не было.
Я сидел с Дранишниковым. Аккомпанировала Голубовская, по обыкновению очень хорошо. Я налетел на неё по поводу неверного темпа в арии Кащея. Она чуть было не обиделась, но дело уладилось. Неаронова пищала, а Мореншильд пела очень хорошо.
Я отправился к Бесселю, к которому меня послал Каратыгин и с которым он уже говорил обо мне. Старик Бессель принял меня очень любезно, долго расхваливал свою фирму и сказал, что очень рад издать меня, но не сразу 2-й Концерт (я и не собираюсь), а сначала что-нибудь поменьше. Я предложил «Балладу», он охотно согласился, но больше пятидесяти рублей дать не хотел. Но это слишком мало и я, сказав, что подумаю, ушёл очень недовольный обстоятельствами, потому что деньги нужны, а никак их не получишь. Вечером был в «Соколе», где меня поздравляли с блестящим актом. Звонила Дамская, так, вообще, а между прочим рассказала о том, как Струве высказалась обо мне. говоря, что я, по-видимому, сержусь на неё. Она дала мне характеристику - и Дамская подивилась, насколько она была наблюдательна. По словам Дамской, Струве находит у меня все недостатки, кроме одного: я не горжусь и не заношусь, а держу себя просто. Но в моих недостатках она винит не меня самого, а окружающих, которые меня балуют и портят.
Асланов просит сообщить Мясковскому, что сегодня он ждёт его и меня к себе в Павловск для повторения в четвёртый раз 1-й Симфонии Мясковского, которая двадцатого идёт в Павловске и партитуру которой Мясковский ещё не дал Асланову. Отыскать НЯМ'а было нелегко, так как вчера всё семейство переехало на новую квартиру, куда - я не знал. Я час пробыл у телефона, звонил всюду, где могли знать о Мясковском, и с большим трудом отыскал его.
Вообще же днём подсочинил Скрипичный концерт и экспозиция первой части почти выяснилась. Я очень люблю его темы, Концерт обещает быть трогательным. В семь часов мы поехали с Колечкой в Павловск. Я с большим удовольствием взялся поиграть с ним в четыре руки. Симфония эта писалась одновременно с моей е-moll'ной и я питаю к ней давнюю привязанность.
В Павловске зелено и ароматно. Асланов живёт далеко от вокзала, но занимает отличную просторную дачу. Дама, исполняющая обязанности его жены, очень мила и интеллигентна. Собака, французский бульдог, тоже мне понравилась, хотя я терпеть не могу собак. Сам Аслашка по-прежнему самоуверен, любезен, хитёр и не очень умён.
Продемонстрировали мы с Колечкой очень обстоятельно всю Симфонию и в одиннадцать поехали обратно. Он говорит, что в Москве где-то Сараджев серьёзно хочет ставить «Маддалену». Колечка заговорил об инструментовке, предлагая свои услуги, но при совместной со мной работе.
