Вечером, сидя в вестибюле отеля и глядя на нарядных американок, - идея рассказа о красивой даме и невзрачном кавалере.
(22 ноября) 5 декабря
Сюиту сыграли не останавливаясь от начала до конца. Оркестр молодец. Де Ламартр хромает, но старается.
(23 ноября) 6 декабря
В два часа - первый из двух концертов (то, что было раньше публичная генеральная репетиция). Битком набитый зал и почему-то овации, когда я вышел
752
на эстраду. Стоковский, вероятно, был прав, говоря, что моего выступления ждали с интересом. Если я немного волновался, то успокоил себя словами: завтра опять играть, через три дня в Нью-Йорке опять играть - брось, не стоит.
«Стейнвей» на этот раз был хороший, лёгкий, только с грязной клавиатурой. Ламартр отставал, но грубых пакостей не наделал. Успех большой, от «Скифской сюиты» тоже, но не такой, как на её последнем исполнении в Мариинском театре. Объясняется это тем, что по причине буден и дневного времени 90% были дамы, которые гантированными22 ручками не могли наделать много шума. Вызовов - семь (я буду вести им статистику в Америке, это в духе Америки). В программе моя подробная биография и справка (очевидно, из энциклопедического словаря) о том, кто были скифы, настолько тщательная, что в ней сообщается, что скифы часто страдали дезинтерией. Вот мерзавец! (писавший заметку).
Кампанини пришёл в артистическую и расцеловал меня. Говорит, никогда ничего подобного не слышал.
(24 ноября) 7 декабря
В одиннадцать часов я был приглашён в офис к Кампанини для разговоров. Кампанини решил в пользу «Трёх апельсинов» (так как «Игрок» требовал непременно русских артистов, а Кампанини, хотя и мечтал их достать до Шаляпина включительно для целой серии русских опер, но не был уверен, что политические условия дозволят), чему я был рад. Кампанини спросил меня про условия, я сказал, что хотел бы те же, что в Мариинском театре, т.е. 10% валового сбора и гарантию десяти спектаклей. Кампанини сказал, что это у них не принято и предложил заменить это цифрой. Получив справку, что сбор их колеблется между тремя и девятью тысячами, я назначил шесть тысяч.
Кампанини предложил четыре, потом пять. Я сказал, что согласен на пять, но с условием, что они будут выплачены так: одна при заключении контракта, две при представлении клавира и две при представлении партитуры. Кампанини, после нескольких возражений, принципиально согласился, но должен был поставить вопрос на окончательное утверждение финансёров и директоров. Итак, я, не чувствуя того, взваливаю себе на плечи огромную работу, но кажется мне, что она пройдёт легко. А главное, что это как раз та работа, которую я должен делать: моё дело сочинять, а не метаться по концертам. Хуже, что надо кончить к сроку (первое октября), но будем смотреть бодро и кончим её до срока!
В вечернем концерте успех громогласней, чем во вчерашнем. Вызовов двенадцать или десять (7 + 5 или 5 + 5). Я безумно устал. Тем не менее русский консул, японский консул и Мак-Кормик потащили меня на какой-то победный бал, откуда я скоро удрал.
(25 ноября) 8 декабря
Пресса и вечером и нынче очень хорошая, часто восторженная, но поверхностная. Очень приятно было встретить Н.Т.Кучерявого, с которым мы нежно проболтали всё утро. Он уговорил меня обосноваться в Америке на будущий сезон, заработать хорошие деньги и в двадцать девять лет быть свободным человеком. Всё равно в Европе ещё не скоро уляжется. В 12.40 выехал с XX Century, самым скорым в мире экспрессе, в Нью-Йорк. Но я уже раскусил американские экспрессы: они не производят никакого
22 Т.е. в перчатках, от gant (фр).
753
впечатления. Путь так хорош и вагоны построены так хорошо, что сто вёрст в час кажутся нашими пятьюдесятью.
Писал первый акт либретто, которое быстро бежало вперёд. Как важно самому писать либретто: когда пишешь фразу, уже является и идея музыки (идея, конечно, не сама музыка).
(26 ноября) 9 декабря
В девять часов утра - Нью-Йорк и сразу репетиция у Альтшуллера. Странно было репетировать «Классическую» Симфонию после «Скифской сюиты»: совсем другие жесты и другие требования от оркестра. Альтшуллер уже её где-то сыграл во время своего турне по провинции и поэтому оркестр играл её довольно бегло, лишь иногда фальшивя в интонации. Днём опять репетиция. В связи с чикагской неделей, сильное утомление.
Расстроила меня какая-то опухоль. Я думал, что рак, но доктор объяснил, что глубоко сидящий фурункул. Рак бывает после сорока лет. Я очень мнителен.
(27 ноября) 10 декабря
