Не обнаружив среди присутствующих матери Юриса, я, признаться, вздохнула с облегчением. То ли ей о происшедшем еще неизвестно, что очень сомнительно, то ли ее успели отправить в село.
Сообразив, что ничего нового узнать не получится, народ начал потихоньку расходиться. Вскоре Плятт с коллегами уехал, мы остались вдвоем с Сергеем.
— Идем обедать, — вздохнула я.
— Что-то аппетита нет, — сказал он, но пошел за мной. В дом входить не стал, устроился на ступеньках крыльца. Мне ничего не оставалось, как сесть рядом.
— Плятт считает, убийца где-то совсем рядом, — сказала я. Звягинцев кивнул.
— Что молчишь? — попеняла я.
— А что тут скажешь? Ясно, что это кто-то из наших. Мы ведь говорили об этом. Юрис, скорее всего, умер за несколько часов до того, как здесь оказался. Сначала его ударили по голове, а затем задушили. И уж только потом притащили сюда и повесили на дереве.
Я растерянно покачала головой:
— Но… кому это надо? Зачем? Допустим, от Юриса хотели избавиться, опасаясь, что он может что-то рассказать, хотя это само по себе сомнительно. Но сюда его зачем тащить?
Тут я вспомнила вопрос Плятта и нахмурилась. Так вот почему он решил, что убийца имеет ко мне какое-то отношение. Или что-то имеет против меня…
— Бог знает, что в голове у психа, — сказал Сергей. — Всем будет лучше, если ты уедешь.
— Кому — всем? — переспросила я.
— Тебе и мне совершенно точно.
— Если бы я не рассказала про Юриса, он был бы жив.
— Не факт. Хотя его мать тоже тебя во всем обвиняет. Что с нее взять…
— В какой-то степени она права. Когда примерно погиб Юрис?
— Это выяснится после вскрытия. А навскидку, несколько часов назад. Может, десять, может, больше. Когда ты искала его, он, возможно, был уже мертв.
— И где все это время находилось тело?
— В лесу, например, — пожал Звягинцев плечами. — Аня, мы можем сколько угодно гадать…
— Вчера его видели с каким-то парнем, — вспомнила я. — Парень не из наших. Юрис пытался сбежать, а парень его удерживал.
— Кто тебе сказал? — нахмурился Сергей.
— Девочка… Зовут Владислава. Возможно, она их видела еще до того, как Юрис принес мне часы. Но я бы этого парня поискала.
— Не сомневайся, найду… Черт, — пробормотал он.
— Что?
— Во всем этом нет никакой логики, — сказал он. — По крайней мере, я ее не вижу. Девушки никак между собой не связаны, допустим, убил их маньяк, просто потому, что увидел девчонок на лесной тропе. Юриса ему пришлось убить, потому что тот нашел часы. Но ты-то здесь при чем? Зачем тащить сюда тело, рискуя засветиться? Это наверняка послание, и адресовано оно тебе.
— Ты сам сказал, бог знает, что в голове у психа.
— Сказал. Допустим, он, таким образом, дает понять, что ты должна убраться отсюда. Это единственное, что приходит в голову.
— Тогда вопрос: что он имеет против моего присутствия здесь?
— Боится, что Юрис успел тебе что-то сообщить?
— Такое, в принципе, возможно? Нет, — подумав, сказала я. — Он боится другого. Если Стас умер с чьей-то помощью… в этом все дело.
— Не понял.
— Стас его заподозрил, а если так, значит, мог сообщить о своих подозрениях мне.
— А что? Возможно, ты права, — поразмышляв, согласился Звягинцев.
— Жаль, я понятия не имею, что это может быть. Стас звонил мне, спрашивал, могу ли я приехать. Он хотел со мной поговорить. О чем-то важном, если не решился сделать это по телефону. А у меня не нашлось времени явиться сюда.
— Вот только не надо себя винить. Мы все живем так, точно у нас еще сто лет впереди… Он даже не намекнул, о чем речь?
— Нет. Сережа, а если это как-то связано с нашей семьей?
— Что связано? — не понял он.
— Убийства. Или убийца. Стас в доме Марты нашел что-то…
— Да что он там нашел? Какое отношение россказни Марты имеют к убитым девчонкам?
— К девушкам, возможно, нет, а вот к убийце…
— И что прикажешь? Все тетради Марты перечитать от корки до корки? Допустим, мы это сделаем, но мы ведь даже не знаем, что искать.
— По поводу всех тетрадей не скажу, а вот ту, что исчезла, я бы поискала. Вполне возможно, разгадка там.
— Прости меня, но с этой чепухой я к следакам не пойду. Они невысокого мнения о сельских участковых, а тут и вовсе решат, что я идиот, вроде Юриса… Уезжать, как я понял, ты не собираешься? — поднимаясь, сказал он.
— Ты правильно понял.
— Вот ведь порода… с места трактором не сдвинешь, будут насмерть стоять.
— Может, тебе помочь в поисках парня, что с Юрисом разговаривал? — предложила я.
— Большая просьба, никуда не суйся. Я сам его найду. Извини, но ты, скорее, будешь помехой, — куда мягче добавил он.
— Чего они на меня, скажи на милость, ополчились?
— Я ведь предупреждал, что так и будет. Ладно, пойду толковать с народом. Может, все-таки у нас поживешь, если уезжать не хочешь? Понял… — взглянув на меня, кивнул он и направился к воротам, а я в дом, позвав с собой Верного. Взяла дневник Марты, да так его и не открыла.
