Чтобы иметь время собраться с мыслями, я прошу Нератова точно передать мне сообщенное ему неприятное известие.
– Лицо, передавшее мне это сообщение, – говорит он, – видело проект письма, которое его величество повелел приготовить. Оно изложено в лестном тоне, Сазонов освобождается от его обязанностей ввиду состояния его здоровья.
Я ухватываюсь за эти последние слова. Они могут, по-моему, служить законным поводом для вмешательства послов Франции и Англии. Затем тут же, за столом Нератова, я составляю текст телеграммы от Бьюкенена и от себя нашим военным миссиям в Могилев, предлагая им ознакомить с этими телеграммами министра двора. Вот их содержание:
«Мне сообщают, что Сазонов, по состоянию своего здоровья, подал прошение об отставке его величеству. Благоволите совершенно официально проверить у министра двора, насколько верно это известие.
Если это действительно так, то благоволите немедленно указать Фредериксу, что достаточно одного слова ободрения со стороны его величества, чтобы Сазонов сделал над собой новое усилие, которое дало бы ему возможность довести дело до конца.
Английский посол и я очень встревожены тем впечатлением, которое произведет в Германии отставка русского министра иностранных дел, ибо усталость его является недостаточным поводом для объяснения его ухода.
В наступающий решительный час войны всё, что рискует показаться изменением политики союзников, могло бы повести за собой самые неприятные последствия».
Нератов вполне одобряет телеграмму. Мы с Бьюкененом возвращаемся в посольство и отправляем телеграммы в Могилев.
Днем я узнаю из очень верного источника подробности интриги против Сазонова. Та, кто мне их сообщает, еще не знает, как далеко зашло дело; я же ей не сообщаю того, что мне известно. Но она говорит:
– Положение Сазонова сильно пошатнулось, он утратил доверие их величеств.
– Но что же ставится ему в вину?
– Его упрекают в неумении ладить со Штюрмером и в слишком большом умении ладить с Думой. Затем, его ненавидит Распутин, а этого достаточно.
– Значит, императрица и Штюрмер действуют вполне заодно?
– Да, вполне. Штюрмер большой хитрец; он уверил ее, что одна она может спасти Россию. И вот она сейчас и занята спасением России – для этого вчера вечером неожиданно уехала в Могилев.
Наступление русских в Армении блестяще развивается. На черноморском побережье они заняли Вакси-Кебир к западу от Трапезунда, передовые части дошли до долины Келькит-Ирмак. Взятие Гюмюшхане отдает в их руки большую дорогу из Трапезунда на Эрзерум с разветвлением на Эрзинджан. Быстрым движением по долине Верхнего Евфрата они угрожают этому городу.
Генерал Жанен и генерал Уильямс передали министру двора полученное ими сообщение. Вот ответ, полученный от генерала Жанена:
«Министр двора, хотя не во всем согласен с Сазоновым, уже указал императору на то, что его отставка при теперешних обстоятельствах произведет неблагоприятное впечатление. Император ответил, что чрезмерное утомление Сазонова, лишающее его сна и аппетита, не позволяет ему продолжать его работу; кроме того, его монаршее решение принято бесповоротно. Все-таки граф Фредерикс обещал показать императору подлинные телеграммы английского и французского послов, но он прибавил, что не просит его величество отвечать на них».
Сазонов еще в Финляндии; он вчера узнал о своей отставке. Он принял это известие спокойно и с достоинством, как этого можно было ожидать от него.
– В сущности, – сказал он, – его величество поступил правильно, отказавшись от моих услуг: слишком по многим вопросам я расходился со Штюрмером.