Я легко проучилась в институте все пять лет. Мои старые знакомые изредка появлялись на моем пути, но большую часть времени я проводила за увлекательным занятием — знакомством с театральным искусством. Волшебный, ненастоящий мир театра заменил мне любимых литературных героев и окончательно отгородил от окружающего мира. Начало перестройки, государственные перевороты — все прошло мимо меня и совершенно не повлияло на мой внутренний мир. Нет, я тоже бегала в поисках колбасы и стонала от повышения цен, но «башенка», в которую я спряталась, оставалась прочной. Единственное, что я неукоснительно выполняла — это походы к Руфе. К сожалению, ее попытки вызволить Данилу не дали положительных результатов. После отъезда Ольги она болела какое-то время, но потом оправилась и снова с энтузиазмом стала заниматься судьбой внука.
— Я собираюсь к Дане, — встретила меня однажды неожиданным заявлением Руфа.
— Вы же недавно болели, — попыталась я воззвать к ее разуму.
— Лерочка, я получила письмо, и у меня такое ощущение, что некоторые сдвиги в настроении внука наконец наметились. И потом, появились новые обстоятельства, которые я должна уточнить. Они несомненно повлияют на его судьбу.
— Какие?
— Я пока не могу ничего сказать определенно, только чувствую, что скоро, очень скоро все изменится.
Бессмысленно было отговаривать Руфу, если она что-то решила.
— И когда вы собираетесь?
— В конце мая, как только Андрей Сергеевич выяснит…
— Что он должен выяснить?
— Потом тебе расскажу.
Я давно перестала спрашивать о том, кто такой Андрей Сергеевич. Ответ был всегда разным. «Он мой старый знакомый», «он приятель Ларика», «он хорошо знаком с Данилой по прошлой жизни».
Сам Андрей Сергеевич тоже сильно изменился за эти годы. Вместо того чтобы постареть, помолодел и изменил стиль. Из малоприятного серовато-мешковатого дядечки превратился в солидного холеного мужчину средних лет. Только выражение стальных зорких глаз осталось неизменным. Он внимательно вглядывался в меня каждый раз, как в первый, и было ощущение, что он считывает информацию с коры моего мозга. Сначала меня это раздражало, а потом я так привыкла к увлекательной игре, что стала посылать ему телепатические импульсы, надеясь, что он разгадает мои мысли и отстанет от меня.
