— А также, теперь нам с вами предстоит поработать. Долго, кропотливо и противно. Не с луны же он взялся этот положительный результат? Он, кстати, ещё и не даёт 100% уверенности того, что это сифилис. От кого-то же она заразилась? В любом случае, она поедет в район к дерматовенерологу. А мы с вами будем активно выявлять больных, пока не найдем источник заразы. Иными словами, будем рыться «в чужом белье». Поэтому, никому ни слова! Даже мужу! Ясно?
— Ясно.
С подобной проблемой в своей практике я столкнулся впервые. Мне предстояло провести эпидрасследование, выявить всех контактных и обследовать. Выявленных больных надо было направить к дерматовенерологу в район.
«Вот что мне теперь делать? — Думал я. — Понятно, что теперь придется разворошить что-то очень неприятное. Село небольшое, все друг друга знают. А тут такое…»
Про ту женщину, у которой «выскочило сразу четыре креста», я не то что не слышал ничего плохого, я про нее вообще ничего не слышал.
Надо было как-то тактично и методично действовать.
…
— Алло? — Ответила мне пациентка.
— Елена Анатольевна? — Спросил я в трубку.
— Да.
— Это Березин. — Вам надо подойти ко мне на приём. Нужно поговорить о вашем здоровье.
— Хорошо. — Ответила женщина после некоторой паузы.
«Она знает про свою болячку! — Подумал я, обратив внимание на эту паузу. — Или она однозначно догадывается, потому-то и пришла ко мне на прием!»
С бледным лицом она зашла ко мне в кабинет ближе к концу рабочего дня.
— Догадываетесь, зачем я вас вызвал?
— Да.
Мне стало немного легче на душе. По крайней мере, я её не огорошу такой новостью.
— В ваших, да и в моих интересах, если вы будете максимально честны со мной. — Сказал я ей.
— Доктор. Только никому, пожалуйста! — Больная заплакала. — Муж не знает…
— Да твою же …! Выругался я. — Так не от мужа что ли?
Женщина ещё больше разрыдалась.
— Муж на севере.., на вахте…
Уровень моего замешательства был запредельным. Мне было дико стыдно от появившихся подробностей.
«Как вот с ней сейчас мне разговаривать?» — подумал я, но потом решил, что это у нее сифилис, а не у меня. Это ей должно быть стыдно, а я должен делать то, что должен, и в данный момент, я ненавидел свою работу. Но был и положительный момент: возможно, что её муж здоров.
— Кто? — Задал я ей прямой вопрос.
— Он сейчас не здесь…
— Кто? — Повысил я голос. Мне стало надоедать вести этот непродуктивный разговор.
— Максим… Трещёв. — Сказала женщина.
Максим Трещёв был младше её на 15 лет и жил в городе.
— Больше ничего не хотите добавить?
— Нет.
— Свяжитесь с Максимом. Я жду его в этом кабинете. Ежедневно. В выходные я жду его у себя дома.
Вот вам направление к дерматовенерологу. — Протянул я ей направление. — И не волнуйтесь. — Сейчас это лечится. И вылечивается. Только ехать нужно обязательно и завтра, иначе будет поздно!
— Спасибо. Я завтра поеду. Обязательно. — Заверила меня женщина.
— А я проконтролирую, — Безапелляционно сказал я ей. — Будьте уверены.
Женщина, вытерев слезы, вышла из кабинета. Мне предстояло обдумать мою дальнейшую тактику.
***
Телефон прозвонил двумя звонками: «дзинь-дзинь».
«Район звонит» — подумал я.
— У тебя случай Luesa (lues — сифилис) на участке выявился, надо искать контактных. — На том конце провода была дерматолог из района.
— Серьезно? — Я нарочно сделал недоумевающий тон. — Это я к вам её и направил.
— Кого её? — Задала вопрос венеролог. — Ко мне на прием мужчина пришёл. Вернее его хирург направил ко мне на консультацию.
— Да ё-маё! — Воскликнул я. — Я к вам женщину вчера направил, а вы мне про мужика рассказываете! Говорите, кто такой. Я записываю.
Мне сообщили данные о мужчине.
Он приехал в ЦРБ на прием к хирургу с жалобами на какое-то уплотнение на детородном органе. (Хирург в районной больнице также ещё выполняет функции уролога, онколога и травматолога). Выяснилось, что это твердый шанкр. (Твердый шанкр — плотная безболезненная язвочка, появляющаяся в месте внедрения возбудителя сифилиса).
Я же, в свою очередь, сообщил данные о моей вчерашней пациентке.
— Ждите. Она должна к вам прийти. — Сказал я и положил трубку.
Моя «вчерашняя» больная, этот «сегодняшний» мужик плюс Максим из города. Возможно, ещё муж моей больной. Вот уже четыре человека. И это только вершина айсберга.
«Мда-а… Масштабы возникшей проблемы начинают впечатлять… Вот было бы хорошо, если б моя больная и этот мужик оказались „тесными“ знакомыми! А если нет? — Думал я. — А как это выяснить? А вдруг они друг про друга и не слыхали вовсе? А тут я спрошу у кого-либо из них про другого, а так нельзя»
Задачка была до отвращения интересной. Заниматься выявлением данной категорией больных я просто не хотел, но, хочешь-не хочешь, а надо.
Решение этой задачи пришло почти само собой.
…
Следующие два дня помимо основной работы, я составлял списки потенциальных больных.
— Можно? — В кабинет ко мне вошла бабушка Анастасия Ивановна или, как говорят в деревне, баба Стюра.
— Да. Входите. — Ответил я.
— Вы мне сказали прийти через месяц. — Сказала она. — Вот сегодня как раз месяц, как я из больницы выписалась.