Большой тоннель был немного освещен. По стенам через каждые шесть метров нам попадались красные аварийные светильники, подсвечивающие дорогу. На одной из стен увидел человеческий силуэт. Словно его выжгло чем-то на стене. Я с недоверием коснулся его пальцем защищенным перчаткой.
— Силуэт. — сказал я по рации Андрею.
Он подсветил фонариком.
— Странно. Под землёй метелицей накрыть не может. Может тут скопление пуха было и человек без защиты в него провалился?
— Может. — неуверенно согласился я.
— Ладно, нам нельзя тут задерживаться. Пойдём. — сказал Андрей и двинулся вперёд.
Перед первой дверью я как и было велено достал из сумки кубик.
— На коробочку, слева на стене положи. — попросил Семён по рации.
Я выполнил его просьбу.
— Отлично. Сейчас я вас пропущу.
Через минуту, тяжёлая герметичная дверь перед нами с шумом начала отходить в сторону.
— Как же он, мать его, это делает? — восхитился Андрей.
— Мне кажется, он ещё и не такое умеет. — ответил я, шагая следом за ним в открывшийся проход.
Следующую дверь мы встретили минут через десять. Повторили операцию.
Потом столкнулись с разветвлением тоннелей. Они уходили в три разные стороны.
— Вы уже перед третьим корпусом, — сказал Семён, — из этих тоннелей нам нужен левый. Туда и идите.
Мы пошли по левому. Следующая дверь немного отличалась. Тут Семён нам велел немного подождать.
— Положите кубик на серый ящик на стене. — приказал он. — Там уже подвальные помещения третьего корпуса. С той стороны может быть охрана. Мне нужно сначала проверить.
— Да, так и есть. — сказал он после проверки. — Несколько человек с оружием. Это иностранные наемники.
— Я про них наслышан. — ответил Андрей. — Последние несколько месяцев их потихоньку перевозили сюда. Они профессионалы, убивающие за деньги по всему миру.
— Твои предложения? — спросил Семён
— Открой дверь сантиметров на тридцать и сразу закрывай. — велел Андрей. Он достал городошный снаряд когда дверь начала открываться, повернул резко кольцо на нём и бросил внутрь.
— На пол! — крикнул Семён по рации. Я от страха, тут же рухнул на пол тоннеля и зачем-то закрыл руками голову, в ожидании взрыва. Тишина?
— Вы чего, трусы? — я услышал по рации удивлённый голос Андрея. — Тут броня такая — ядерный взрыв выдержит.
Я поднялся. Семён извинился за панику и через минуту снова включил дверь на открытие.
В приоткрывшуюся дверь полетел черный пух. Андрей на всякий случай приготовил гаусс-пушку. Он заглянул внутрь, после чего приглашающе махнул мне рукой и смело шагнул внутрь. Я пошёл следом, на ходу поправляя сумку с кубиками. В помещении, куда мы зашли, чёрный пух летал повсюду. От людей, находившихся здесь ничего не осталось.
— Сейчас, через дверь и прямо по коридору. Дойдете до лифта и поднимитесь на второй этаж. Теперь вы должны притворится уборщиками третьего корпуса. Только так вы сможете пробраться во второй корпус. — сообщил Семён.
— А разве уборщики могут во втором работать? — спросил я.
— Конечно могут. Туда же пух долетает. Только там есть кое-чего пострашнее пуха.
Мы в точности выполнили указания Семёна. На втором этаже он довел нас до подсобки, где мне пришлось взять в руки пылесос.
— Так меньше внимания привлечете. — решил он.
— Ну-ну. А пушка Гаусса в руках у Андрея — не привлечет? — спросил я.
Пушку пришлось замаскировать тканью и изолентой, найденной в той же подсобке. По дороге потратили еще два кубика. Вышли в какой-то белый коридор и преодолев его, оказались перед сборочной линией. Перед нами за стеклом тихо работали автоматические машины. По конвейеру медленно перемещались какие-то детали.
— Вам направо. — подсказал Семён.
Мы вдоль стены пошли направо, посматривая как работает конвейер. Заглядевшись, я у выхода запнулся о коробки. Одна из них развалилась и оттуда посыпались платы. Я поднял одну. Плата была мне знакома и в то же время нет.
— Такие я не ставил на станциях. — сообщил я Семёну.
— Конечно, не ставил. — отозвался он. — Эти ставят внутри электростанции. Там этих плат километровая плантация. Таким образом Мирон пытается увеличивать количество аномалий.
— Я думал, все платы через нас проходят. — сказал я. — А получается только маленькая часть.
— Сначала так и было. А потом Мирон начал жадничать. Захотел стать владычицей морскою. — ответил Семён. — Он заключил контракт с американцами в прошлом году, на поставку партии оружия. Но у американцев условие: 1000 стволов минимальной партии, чтобы заинтересовать инвесторов, готовых вкладывать деньги в такой бизнес.
— Вот он мощности и увеличил. Весь третий корпус по сути и работает, чтобы собирать новые платы и чинить старые. Мирон старается вызывать метелицы почаще и для этого щекочет сферу резонатором Краузе. У сферы случается цикл размножения, она мучительно хочет делиться на части и ищет выхода, и отголоски этого выхода появляются на электронике. Не часто, но появляются. Но Мирону как обычно всё мало.
— Ничего себе. Но ведь это слишком расточительно — использовать батарейки только для гаусс-пушек. — усмехнулся Андрей.
