На такси в даунтаун (4 доллара). Разговаривал с Марком Балетом, он был в офисе, он делал дизайн для каталога агенства «Золи», куда включили и меня, – это каталог их манекещиков. Мне уже поступили заказы с предложением работы, я теперь официально работаю моделью. Пришла Дориа Рейган, она вышла к нам на работу. Потом я выглянул в окно и увидел Рона, который шел по улице совершенно один, он был одет в ярко-красную одежду – ну то есть если уж я смог разглядеть его из своего окна… Но Дориа знала, что к чему, и сказала: «Там три агента спецслужб перед ним и четверо еще сзади». Они поднимались к нам по лестнице, потому что лифт не работает. Я хотел повидать в этот вечер Барбару Стэнвик в «Линкольн-центре», где ей вручали ежегодную премию Кинематографического сообщества, и потому я позвонил Сью Солтер, ее агенту по рекламе, но та повела себя довольно гадко. Она сказала: «Ах, мой дорогой, все билеты распроданы», а я ей, знаешь, напомнил: «Но мы для вас столько всего делали», и тогда она сказала, что постарается найти один билет, но что мне придется за него заплатить, а потом заявила, что может достать два билета, но что они будут стоить 250 долларов, и я сказал ей: «Вот и замечательно». Теперь, по крайней мере, они не смогут больше просить меня вообще ни о каком одолжении. Может, лучше всего – это всегда платить, тогда никто не осмелится просить меня ни о каких услугах. А ведь в прошлом году они дали мне бесплатные билеты. Джон Гулд попросил заехать за ним, и мы с Крисом Макосом так и сделали. Дошли потом до зала имени Элис Талли[939], и там было столько свободных мест, что я возненавидел Сью Солтер до глубины души. Правда, места у нас были хорошие, в ряду
Вторник, 14 апреля 1981 года
Работал до половины шестого. Джон Гулд пригласил меня на просмотр фильма «Атлантик-сити»[940], который он устроил «для своих». Взял такси до «Парамаунта» (7 долларов). Там были Леди Макрейди и Джонатан Робертс, а еще была Кэти Доббс, которая, как и все эти ребята, посещала летние курсы издательского дела в Рэдклифф-колледже.
Я случайно встретил одного человека, который, лишь увидев мою фотографию в каталоге «Золи», тут же предложил мне работу. Фред все еще кипит от возмущения, говорит, что я должен был бы получать тысячи долларов за то, что рекламирую какие-то вещи, а не работать за скромные гонорары модели. Но, по-моему, это забавно – быть еще одной симпатичной мордашкой в каталоге «Золи». В общем, я посоветовал ему не слишком напрягаться по этому поводу.
Среда, 15 апреля 1981 года
Всю ночь не мог заснуть. Смотрел в программе «Тудэй шоу», как астронавты возвращались на Землю вместе с «Шаттлом». Они очень славные. А ты заметила, как они выглядели после космического полета? Как будто постарели. Посылают в космос этаких красавцев-бодрячков, а назад возвращаются усталые люди.
Поехал в компанию «Карл Фишер», чтобы впервые сняться в рекламном ролике – для фирмы «Сони». Меня уже ждали, устанавливали аппаратуру. И они говорили про других художников, которых тоже хотели пригласить в эту рекламу, – упомянули имена Дюшана и Пикассо. Серьезно. Честное слово, эти ребята явно были не в курсе, что оба они уже умерли. Из живых, о ком они говорили, помимо меня, речь зашла лишь о Морисе Сендаке. И еще о Питере Максе.
У них там в другой комнате была кое-какая еда, но мне ее не предложили, лишь какие-то начальники заходили туда, ели плавленый сыр и потом говорили что-то вроде: «Здóрово намазывается!» – совсем как в рекламе. Хотя именно так сейчас и говорят: люди теперь выражаются словами из рекламы. Все мне говорят, до чего же я чудеееееееесно выгляжу и что я очень стройный, а сам я чувствую такую слабость.
Пошел в «Ксенон», и там было здорово. Встретил эту девицу Мойнихан, Мору, она была со своей подругой Эйси, дочкой сенатора Уорнера, ее мать из Меллонов[941]. Но потом в голубом свете мои волосы стали выглядеть слишком уж фальшивыми, поэтому [
Четверг, 16 апреля 1981 года
Встал рано, погода распрекрасная, но у меня сейчас такой период, что я все думаю: «В чем суть? Вот поступишь так – и что это значит? Или поступишь этак – и тогда что это означает?»
