Работал до семи вечера. Потом был вернисаж у Шнабеля. Поехал на такси (6 долларов). Я там принялся ругать его картину, посмеялся над ней от души, а потом увидел, что он стоит совсем неподалеку, хотя, по-моему, он не слышал, что я там наговорил. На стене было множество тарелок. Шнабель сказал, что он некоторое время работал поваром в буфете ресторана Микки Раскина на Юниверсити-плейс. Ох, бедный Микки… Никто его сейчас даже и не вспоминает. Он совсем забыт. Выставка была интересная, но пора было уходить, потому что Корнелия должна была заехать за мной и забрать на выставку лошадей.
Воскресенье, 4 ноября 1984 года
Отправился на встречу с Альбой Клементе, красавицей-женой Франческо Клементе, – в их лофт в здании «Тауэр рекордс». Она училась актерскому мастерству, у нее великолепный смех, она богата. Они по полгода проводят в Индии. Вот почему, надо думать, его картины имеют такой вид. Потом мы поехали в «Одео н» (такси 10 долларов). Было очень весело, мы болтали об искусстве. Но порой вдруг наступало молчание. С Жан-Мишелем стало трудно разговаривать. У него сейчас новый прикол: он влюблен в официанток, поэтому он молчит и разглядывает их. Альба сказала, что ее нянька, которая присматривает за ее детьми, совершенно в него втюрилась (ланч 90 долларов). Потом мы поехали назад к ней, чтобы Жан-Мишель мог познакомиться с этой девушкой, ее зовут Моника, но она как раз увела детей погулять. А потом Жан-Мишель вдохновился, увидев работы Клементе, так что снова захотел писать картины.
Ну, мы поехали в студию (такси 3,50 доллара) и проработали там два часа. Жан-Мишель вписывал в свои работы те образы, которые он замазал, когда был под героином, и у него получилось несколько настоящих шедевров. Потом он позвонил этой девушке, Монике, и пригласил ее на ужин. Она хотела пойти в «Лоун стар», потому что ее «наполовину бойфренд», помощник Шнабеля, собирался быть там, но Жан-Мишель вовсе туда не хотел, потому что забеспокоился, что если у него будет конкурент, он может упустить возможность потрахаться.
Вторник, 6 ноября 1984 года – Нью-Йорк – Вашингтон (округ Колумбия)
День выборов. Хуже день не мог начаться. Встал в семь утра, был готов к выходу в восемь. Позвонил Фреду, но он был в полном трансе. Я распсиховался. Он что-то мямлил. Может, он этой ночью спал всего пятнадцать минут, я уж не знаю.
Как бы то ни было, часом позже мы были в Вашингтоне. Поехали в отель «Мэдисон». Одновременно с нами туда въезжала Елизавета, принцесса Югославии. Ее дочь, Кэтрин Оксенберг, на следующей неделе впервые появится в очередной серии «Династии», и она должна была приехать в Вашингтон несколько позже. Потом кое-кто из нашего отеля отправился в Белый дом, а нас туда не приглашали, поэтому мы остались у себя в номерах. Заказали ланч, дорогой. Жан-Мишель заказал вино за 200 долларов – «Шато Латур» урожая 1966 года (ланч 500 долларов). Потом поехали на лимузине к «Секвойе», это президентская яхта, хотя было холодно и противно и уже темнело. Там – все те же лица. Питер Макс со своей любовницей, эта высокая техасская девица удивительно красива, и я вообще не понимаю, что она в нем находит. Она появляется в начале и в конце этого фильма – «Врата рая»[1307]. Она манекенщица высокого ранга, я все забываю, как ее зовут[1308]. Пока был там, разговаривал с Чипом Картером[1309].
Потом вернулись в гостиницу и Жан-Мишель скрутил косяк. Потом мы заказали ужин, который оказался совершенно отвратительным (5 долларов чаевых). Фред не сообразил, что взял с собой только желтые носки и коричневые ботинки, поэтому он не мог надеть свой черный костюм. По пути в отель корреспондент из программы «Энтертейнмент тунайт» спросил, за кого я голосовал, и я сказал: «За победителя», а он спросил: «И кто же победил?», и я ответил: «Победитель – это победитель». Я даже не знаю, что имел в виду. Когда-нибудь кто-нибудь составит подборку моих ответов на вопросы журналистов, и тогда станет ясно, что я – полный придурок и маразматик, и ко мне перестанут наконец лезть со всеми этими вопросами.
Я фотографировал, как танцует Мелвин Лэйрд[1310]. С Жан-Мишелем порой так трудно общаться, он может вдруг стать до того мнительным. Это было на «Приеме для неприсоединившихся», который устроили Вайсманы, потому что на прошлых выборах они устраивали прием только для демократов, а на этот раз у них были все демократы, которые притворяются республиканцами.
Среда, 7 ноября 1984 года – Вашингтон (округ Колумбия) – Нью-Йорк
Я позвонил в номер к Жан-Мишелю и сказал, что мы уезжаем ровно через секунду. Потом пошел к нему в номер и сфотографировал, как он вылезает из кровати с вот таким стояком. Потом он начал скручивать очередной косяк. Жан-Мишель заказал полный завтрак, но его так и не принесли. На такси в аэропорт (20 долларов).
