Начало хорошее.
Я сразу на него всю информацию не вываливаю. Говорю лишь то, что кассетами в наше время не пользуются, да и флешки на деле устарели. Предупреждаю, что вкусы у нас в музыке специфичные, и под «нами» имею в виду все молодое поколение. Нравится им или нет, но слушать придется. Ровно так же, как я часами слушал то, что сейчас по энергетике и биту никого особо не раскачает. Нам, искушенным слушателям, навалить надо всего и побольше. Сегодня меня с пола нужно будет соскребать.
Саня — внимательный слушатель, и он быстро понимает, что эта ответственность ему на хрен не нужна. Грациозный слив он проворачивает в мгновение ока. На его место приходит какой-то Леха, у которого аппаратура своя, и треки он собирал своими золотыми ручками.
Но стоит Лехе воткнуть вилку в розетку вместо знакомства, как полдома вырубает.
— Леша, ну твою мать!
— Так… А че теперь делать? — Леха на меня смотрит беспомощно.
— Брось вилку и больше ничего никуда не суй, — говорю и сам к Дэну разворачиваюсь, который и без слов все понимает — курс берет напрямую до щитка.
— Че тут все хлипкое такое?
— Привык в новостройке жить?
— Да не особо…
Денис рубильник выбитый обратно включает, и я уже сам по розеткам раскидываю все, что электропитания требует. Предупреждаю Леху, это лопоухое и несуразное нечто, чтобы под ноги смотрел и в проводах не путался.
— Какие еще указания будут?
Я голову поднимаю и на Валю смотрю снизу вверх.
— Остальное сама решай. Это твой дебют.
Она улыбается, и я оставляю их с Лехой, ухожу к тем, кто в их компании явно постарше. Поразительно, но они с восторгом наблюдают за происходящим и даже ни разу не жалуются. Шутят, смеются и пивко гасят довольно. Как же им мало нужно для счастья…
— Че думаешь? — Рядом с Рыжим сажусь на лестнице.
— Пока вообще не думаю, если честно. — Он ухмыляется. — Анорак — твоих рук дело?
— А что? Ей идет. Даже больше, чем тебе.
Миша меня локтем пихает, и, когда ухмылка с его лица сползает, я жалею, что не могу залезть к нему в голову.
— Дальше что будет? — спрашивает он, остальные тоже на этот вопрос реагируют.
— Честно? Понятия не имею. — Хотел бы сказать, что от Вали все зависит, но… — Ну, не загоняйтесь раньше времени, окей? Не портите ей движ. Лучше тряхните стариной и сделайте всех на танцполе. Когда, если не сегодня?
— Ставлю три банки пива на то, что Рыжий и двух песен подряд не вывезет. — Дэн собой доволен, как мартовский кот.
— Поддерживаю ставку. — Кирилл принимает пари.
— Ящик. — Миша себе цену знает. По морде видно. — Я вас всех уделаю.
— Два. — Женя ему руку протягивает. — И с танцпола я выйду последняя, после того, как вас всех вынесут.
— Лева, твоя ставка? — спрашиваю я.
— А его первого вынесут, — подключается Саня.
— Забери свои слова обратно, — просит Лева, но Саша от сказанного не отказывается.
В конце концов, когда они еще сыграют на два ящика пива, которое покупать не надо и можно просто вынести под шумок? Так, кстати, делать некрасиво, но я не осуждаю. За чужой счет пусть как угодно поступают. Если кому-то хватит смелости перед этим ОПГ права качать, тому я свечку за упокой поставлю, да и все.
Мое дело простое. Я разбиваю собой сложенные друг на друга руки, запуская спор.
Их рвение гасится, когда дверь дома не закрывается, а первый трек раскачивает не только толпу, но и каркас. Конкуренция между ними серьезная и так напугала их, что мне пришлось нырять первому, а потом подключать Валю с ее друзьями. Престарелые габберы раскачивались так туго, что я даже устать успел. Впрочем, сражаться им не со мной. Я здесь секундант, который расстояние отмеряет и подсчитывает потери. Мне главное — никого из вида не упустить, а если упущу с концами, то зачесть поражение.
Победитель оказывается очевиден, я пот со лба вытираю, на гудящих ногах выхожу на улицу. На крыльце весь пенсионерский клуб, кроме Сани.
— Даже завидую немного.
— Осталось только пиво стащить, — задумчиво добавляет Миша, чиркая зажигалкой.
Мы тихо посмеиваемся, и больше никто ничего не говорит. Момент получается каким-то особенным. Из открытых дверей музыку слышно, можно вот так просто выйти на улицу, воздухом свежим подышать… Вроде мелочь, но дорогого стоит.
Нашу идиллию прерывает Валя, хотя это сказано грубо. Она на крыльцо выходит и садится рядом с Женей, а та, не думая, прижимает ее к себе.
На душе так спокойно. Не верится, что с рассветом от этого даже воспоминаний не останется. Рыжий на меня оборачивается, а я сам себя матерю на чем белый свет стоит. Обещал же даже не думать об этом…
Он на этом не зацикливается, к себе подзывает, чтобы отвесить очередной отеческий подзатыльник. Легкий такой, чисто для галочки, и чтобы мысли грустные из головы выкинуть. Это помогло, теперь я думаю о том, как бы успеть пиво стащить. Нам еще победителя поздравлять, если у него моторчик не заглохнет.
