Мои слова не были призывом к действию, но затрещину я все же получаю. Аж затылок печет.
— Ну это прям десять из десяти, — отзывается Кир.
— А звук какой. Была бы девяточка, я чисто за это округлил бы смело. Браво. — Дэн хлопает очень наигранно, а Рыжий поклон делает в пол.
Мне больно, но я улыбаюсь. Вот так их забота работает. Бито немного, но как есть…
Упираться и злиться смысла нет. Быть нашкодившим ребенком, который поперек слова взрослого полез, даже приятно.
И пока мы спокойно дожидаемся вечера, возможно, впервые за все время, Дача суетится. Где-то скрипнет, где-то что-то уронит и светом постоянно моргает. Из-за перенапряжения вырубает телевизор, и с кухни слышно, как Миша недовольно бубнит. Его он обещал убрать в последнюю очередь, потому что залип в какой-то сериал.
Я же спокойно сахар в кружке с чаем размешиваю.
— И чего она так волнуется? — спрашивает Лева. Не конкретно у меня или у дома. Он этот вопрос задает всем, кто выбрал перекус вместо той ерунды, в которую затянуло Рыжего.
— Важные гости будут. — Я комнату оглядываю. — Переживает, что им не понравится.
— Им? — Уточняет Женя.
— Ну хоть один сюрприз вы можете себе не испортить?
— А нам наряжаться надо? — Кирилл рядом садится.
— Вы и так в парадном. Просто… расслабьтесь.
— Ты это серьезно сейчас? — На вопрос Дэна я просто киваю.
Я вполне серьезно. Не произойдет здесь больше ничего страшного. Только если банальная бытовуха по причине излишне выпитого. Плюс в том, что любую драку разнять можно, а вот вылезшего из ниоткуда монстра намного тяжелее прогнать обратно в никуда.
— Ну да е-мое, че вы так рано! — сетует Рыжий, когда дверь в дом открывается и освещение меняется на все еще непривычный глазу неон.
— Так говорят, что начало в девять. Нам подождать?
Смотрю на часы и удивляюсь, что Мише кто-то отвечает. Это в принципе удивляет всех и заставляет выйти из кухни.
— Не слушайте его, — подхватывает Женя. — Заходите.
— Это теперь каждый раз так будет? — спрашивает Лева, подходя ко мне ближе.
Не зомбированный народ, а нормальные люди, отдающие отчет происходящему, действительно выглядят дико. К этому нужно будет привыкнуть, как и к тому, что растаскивать по дому провода, пытаясь сбалансировать напряжение на одну розетку, отнюдь не легкое занятие.
— Думаю, да. Но все зависит от нее, — в сторону двери указываю.
Там Валя тащит с собой ящик пива, пока ее подруги озираются по сторонам и впихивают Жене флешку. Сегодня мне даже пришлось притащить свой ноутбук, надеясь, что его не разобьют одним неловким движением. А если это произойдет, то не страшно. Он мне, по сути, и не нужен больше.
— Как же я себе все тело отлежал. — Саня зевает, потягивается и на ступеньках застревает, цепляясь за выступ стены под потолком. — Здарова, народ.
Лева улыбается. Женя бросается Сане на шею. Валя передает ящик Рыжему, тот от нее взгляда оторвать не может. Она его по плечу хлопает, и только чудом этот ящик не летит на пол. Я бы не удержал, наверное, но тут поколение такое, что внутри себя копить будет, пока не прорвет.
— Так, сразу предупреждаю. — Голос Вали заставляет замолчать всех. Только Миша звенит бутылками, расставляя их на стол позади нас. — Если кто-нибудь что-то сломает, чинить будет за свой счет и своими кривыми руками. Ясно?
— Да чего ты сразу о плохом…
— Потому что я вас знаю. И за тех, кто по вашему приглашению пришел, вы головой отвечаете. Мне тут разборки не нужны. — Она на меня смотрит, а потом снова на своих друзей. — Мы тут, чтобы веселиться.
— Да мам…
— С тобой повеселишься!
Валя же, будучи совсем не робкого десятка, хватает Женю за руку и тащит на кухню. Рыжий так и стоит, уставившись на бутылки, обмотанные пленкой. Она Женю ставит рядом с Мишей, который оборачивается медленно и даже побаиваясь, а я Леву под руку беру и утягиваю. Все сказанное там должно остаться между ними. Нечего нам греть уши. Рыжий потом сам все выложит. Когда эмоции переполняют, его не остановить.
— Можно еще вопрос? — Лева издалека начинает, пока мы в сторону Сани идем, который уже вовсю с новыми людьми здоровается.
— Давай.
— Как ты это сделал?
— Это не я сделал, а она. Они, если быть точным.
— Хочешь сказать, Дача резко подобрела ко всем?
— Нет, Леви. — Мы останавливаемся. — Без обид, но вы были отвратительными хозяевами. Она относилась к вам так же, как и вы к ней. Знаешь, если долго думать, что ты в ловушке, то ты окажешься в ней. То же самое с Рыжим было. Ему все повторяли, что он хреновый, и он даже перестал пытаться быть собой.
Абсолютного зла не существует. Особенно в сердце того, кто очень хочет быть любим.
— Ребят, слушайте. — Саня как никогда вовремя. Он на флешку смотрит очень озадаченно. — Я так понимаю, что времени прошло валом, ну… после того, как мы дружно в ящик сыграли. Что с этой штукой делать?
Если раньше дом качало лютое рейвовое ретро, то сейчас ребята подсуетились. Только вот старый диджей, раздающий музло с кассеты, понятия не имеет, что такое флешка, и ноутбук видит первый раз в жизни. Я у Саши флешку забираю, вместо нее протягиваю руку.
— Я Марк, очень приятно.
— Саня, — он улыбается широко.
