Том знал, что днём Морбург открыт для всех. Здесь можно было найти еду, медикаменты… Однако, правила позволяли караулке отказать во входе в город, если возникало подозрение, что гости могут создать угрозу безопасности горожан. По настоящему бродяги не были опасными, они были вроде нищих номадов, но их нигде не любили. А торговец продолжал:
— Эти бродяги требовали впустить их, потому что в диких землях разразилась чума. Они хотят переждать её у нас. Старший караульный Майер послал их ко всем чертям, но они не уходят.
Том вспомнил о трупах, про которые рассказывал ему Мюллер:
— Коменданту Грефу сообщили?
Комендант появился вместе с доктором Шульцем. До Хаоса Шульц вёл приём в медицинском кабинете Морбурга как врач общей практики. После Хаоса он получил в распоряжение всё здание, в котором находился кабинет, и переоборудовал его под больницу. Наряду с Шульцем в больнице работал хирург Шнайдер и несколько человек из младшего медицинского персонала.
Юрген Греф поднялся на стену и посмотрел на бродяг, сгрудившихся у ворот:
— А ну-ка перестаньте ломиться!
Призыв возымел действие. Видимо, бродяги поняли, что с ними разговаривает тот, кто принимает решения. Они отпрянули от ворот, чтобы лучше видеть его.
— Что вам нужно? — спросил комендант.
Вперёд выступил бродяга, которого другие признавали за главного:
— Мы пришли из-за Бад-Ордруфа. Там дикие земли поражены чумой. У людей начинается лихорадка и появляются нарывы на коже. Мы к таким не подходили. Всех, кто больных видел, выгнали. Если у вас ещё нет заболевших, впустите нас и закройте город.
— Подождите, — велел им комендант. А сам обратился к доктору Шульцу, — Что думаете, доктор?
— Ну, если они там ели сусликов, например, то вполне возможно, что в Европу снова пришла чума. Её переносят грызуны. Ничего тут странного нет…
Не дав доктору договорить, в разговор вмешался Старший караульный:
— Вдруг они уже заразились?
Доктор сделал снисходительный жест, будто обращался с маленьким:
— Если это действительно чума, то мы умеем её лечить. Подходящие антибиотики у нас есть. Меня волнует другое, а что если это не чума? Мы же не можем полагаться на мнение этих господ, ведь, насколько я понял, заразившихся никто из врачей не осматривал? — Затем доктор обратился к бродягам. — Сколько вы в пути?
— Пять дней.
— Как правило, симптомы чумы проявляются за неделю, — резюмировал доктор.
— И что это значит? — не понял комендант.
— Давайте осмотрим их, если у них нет симптомов, пусть посидят в изоляции…
— Нет симптомов, нет! — заверял бродяга, стягивая с себя одежду.
— Кто вообще подтвердит, что они говорят правду? Может это разбойники, которые ночью захватят Морбург, — настаивал Старший караульный.
— Я тебе крест даю… — взмолился бродяга.
— Есть основания полагать, что они не врут, — нехотя произнёс Греф. — И потом, что мы, звери что ли? Пусть доктор Шульц их осмотрит за воротами, если всё чисто, пусть заходят, но сидят в изоляции в последнем доме во внешнем кольце до дальнейших указаний.
— Конечно, во внешнем кольце… — послышалось возмущение со всех сторон.
— Раньше-то ничего, никого в первый год не пускали, зверьми были, зато выжили… — возмутился кто-то.
— А ворота? — спросил Старший караульный.
— Никого кроме этих не впускать. Я отправил запрос в города Лиги. Посмотрим, что они ответят.
Доктор Шульц послал за своим чемоданчиком для осмотра. Пятеро бродяг действительно не имели никаких признаков заболевания. Доктор Шульц лично отвёл их в дополнительно выделенное больнице, но пустовавшее здание на самом краю города. Люди недовольно пошумели, но стали расходиться.
Через день колокол на ратуше зазвонил общий сбор. Вообще-то внеплановые собрания устраивались крайне редко. И ещё со времен Хаоса не сулили ничего хорошего.
Собирались на площади перед ратушей. На входе работники администрации выдавали горожанам марлевые маски и рекомендовали не здороваться со знакомыми за руку. Надо отметить, что маски раздобыл помощник коменданта Фишер. Каким-то образом он успел получить их на ткацкой фабрике Морбурга, которая до Хаоса была градообразующий предприятием. Хоть к сожалению Юргена Грефа Фишер и не был военным, зато он был от природы расторопным, за что комендант и держал его при себе.
На собрании комендант Греф объявил, что получил ответ от коменданта Бад-Ордруфа:
— В соседнем городе началась неизвестная эпидемия. Поэтому на две недели в Морбурге вводится чрезвычайное положение. В это время жителям не рекомендуется покидать свои дома. При посещении общественных мест обязательно ношение марлевой повязки, сведение к минимуму тактильных контактов с другими людьми. Запрещается кому-либо входить в город или выходить из города. Исключение составит караульная служба и трекеры, выполняющие задания по моему личному поручению. Если вы заметили у себя на коже какие-то образования или если почувствовали недомогание, незамедлительно обратитесь в больницу. Чтобы избежать дальнейших собраний во время чрезвычайного положения, администрация будет вывешивать объявления с обеих сторон внутренней стены.
