Достав бутылку, я уже хотел добавить в кофе пару ложек, но тут в квартире Джо погас свет. Я подтянулся. Последние две ночи он ложился спать около часа. Возможно, сегодня просто устал.
Но затем открылась входная дверь, и Джо вышел на улицу, держа в каждой руке по черной спортивной сумке. Наш улов после ограбления.
Я сполз по сиденью вниз. Джо огляделся. Из-за угла вывернула машина. Свет фар скользнул по моему ветровому стеклу. Машина остановилась на другой стороне улицы, багажник открылся, Джо забросил внутрь обе сумки и забрался на заднее сиденье.
После того как они проехали мимо, я подождал целых десять секунд и лишь затем завел свою «Импалу». Выпить весь кофе залпом? Подумав, я выплеснул его на тротуар и, включая фары, развернулся.
Впереди я видел машину Джо – красные огоньки в усиливающемся снегопаде. Я включил обогреватель на полную и крепче сжал руль.
Мы ехали минут двадцать, может быть, двадцать пять. После первых десяти я уже перестал понимать, где нахожусь. Пытался читать вывески, но свет фар до них не добирался, а те немногие уличные фонари, которые еще работали, мигали, как стробоскопы. В этот вечер Купер был не на моей стороне.
Наконец мы выехали из города. Дома уменьшались в размерах, промежутки между ними увеличивались. Мы ехали по открытой местности, и я старался не обращать внимания на скапливающееся у меня в животе беспокойство. Снегопад прекратился, и справа от меня внезапно блеснул отраженный лунный свет – возможно, там была река. Я пожалел, что не взял с собой карту.
Уверен, те, кто это слушает, прекрасно представляют себе, о каких местах идет речь. Вы все их видели. Некоторые из вас видят их всю свою жизнь. Пустошь. Как будто все, что было здесь раньше, исчезло. По обе стороны тянулись убранные кукурузные поля; время от времени в ночи появлялись рассеянные огоньки ферм. Редкие напоминания о том, что жизнь существует даже здесь.
Красные огоньки впереди погасли, и я сбросил скорость. Машина Джо свернула на грунтовую дорогу, пролегающую через кукурузное поле и ведущую мимо заброшенного фермерского дома к паре больших амбаров.
Я тихонько скатился на проселок и остановил «Импалу» за фермерским домом. Заглушил двигатель и выбрался в холодную ночь.
Выглянув из-за угла дома, я увидел, что машина Джо катится дальше.
В дальнем сарае загорелся свет – завелась вторая машина. Я присел на корточки у стены дома, продолжая наблюдение через дрожащий зум камеры мобильного телефона. Из машины выбрались трое мужчин. В громиле, сидевшем на водительском сиденье, я узнал Демьяна Марченко. Того самого парня с парковки у полицейского участка. Главу наркокартеля Омахи.
Я попытался сделать несколько снимков, но с такого расстояния мой мобильный телефон не позволял разглядеть детали. Марченко, раскинув руки, заключил Джо в объятья. Вместе они подошли к багажнику машины. Туда, где лежали деньги.
До меня долетел слабый звук. Тявканье собаки, пронзительное и короткое. Марченко обернулся и что-то крикнул – я не расслышал. Что-то мелькнуло у его ног.
Джо вытащил сумки. Марченко порылся в них и сказал что-то, покачав головой. Похоже, он был недоволен. Хотел лично убедиться, что его деньги в безопасности? И тут я вспомнил, что сказал мне Джо перед ограблением: картель использует Купер для хранения товара. Интересно, что у них в этих амбарах?
Я продолжал наблюдение.
Снова объятия, разговоры на повышенных тонах. Потом все разошлись по машинам.
Я сунул мобильный в карман и поднялся.
Они уезжали. Обе машины направились в ту сторону, откуда приехал Джо. Если они проследуют этим маршрутом, то меня не заметят.
Я подошел к своей «Импале» и уже взялся было за дверную ручку, когда за правым ухом что-то резко щелкнуло.
– Спокойно, парень, – сказал мужской голос. Низкий, грубоватый. – Надеюсь, у тебя есть чертовски веская причина шастать по моему участку в такой поздний час.
«Ага. Значит, дом только выглядит заброшенным», – подумал я.
– Как раз собирался уезжать, – сказал я, медленно выпрямляясь. – Расслабься, я полицейский.
– Не пори чушь. Копы здесь больше не бывают. С тех самых пор.
Наблюдая краем глаза за отъезжающими машинами, я пытался понять, что он имеет в виду.
– Больше не бывают? С каких таких пор? С тех пор, когда здесь обосновался картель?
– Ты же вроде бы полицейским назвался.
– Я здесь недавно. Только что перевелся. И дай-ка угадаю: по-твоему, местные власти смотрят не туда, куда следует, и позволяют этим ребятам заниматься своими делами.
– А ты сообразительный.
– Насколько я слышал, вы все здесь только рады брать у них денежки.
Пауза.
– Вот что парень, у тебя какие-нибудь документы есть?
– Во внутреннем кармане.
– Только без глупостей.
Я сунул руку в карман куртки и вытащил свой значок.
Грубая мозолистая рука выхватила его у меня. Ствол дробовика ткнулся мне в затылок.
– И какой у вас уговор? – спросил я. – Они хоть платят вам за то, что вы храните в амбарах наркотики и оружие?
– Оружие на землю.
Я подчинился. Судя по огонькам, обе машины выезжали на главную дорогу и направлялись в Купер.
– Думаю, лучше о тебе сообщить, – сказал фермер.
