– Джек-чи 7. Немного вспыльчивый – мексиканская кровь. – Марченко опустил собаку на землю, и та резво подбежала к водителю и принялась грызть его мокасины. Водитель едва заметно вздрогнул.
Марченко вновь повернулся ко мне.
– Песик моей дочери, – сообщил он со вздохом. – К сожалению, я вижусь с ней не так часто, как хотелось бы. Мы с ее матерью… Это долгая история. – На мгновение он погрустнел. – Я купил ей собаку на день рождения. Хотел, чтобы мы сблизились. Но ее мать говорит, что дочь терпеть не может собак. Ложь, да? Женщина лжет, чтобы разлучить девочку с родным отцом. Так что теперь у меня есть Рокет, и я вижусь с ним чаще, чем с дочерью. Рокет мне как сын.
Марченко покачал головой. Перевел дыхание и как будто с усилием заставил себя вернуться в реальность. Он щелкнул пальцами, и водитель поднял тявкающую собачонку. Рокет тут же смолк и, пока его несли к машине, смотрел на меня выпученными глазами.
– Знаешь, я уже довольно давно здесь не был, – сказал Марченко. – Стараюсь по возможности держаться подальше от Купера.
– Не могу сказать, что я тебя виню.
– Бывать здесь небезопасно. Я чувствую себя беззащитным. – Он улыбнулся. – Как думаешь, сколько здесь со мной украинцев, а? Вот-вот, немного.
– Умный ход – хранить товар так далеко. И сколькими фермами ты здесь владеешь?
– Владею? Ни одной. Я не фермер. Но я помогаю некоторым фермерам с их делами.
– Должно быть, нелегко управлять делами из Омахи.
– Справляюсь помаленьку. Когда полиция у тебя в руках, все становится проще.
– Правда? И сколько же стоит переманить копа на другую сторону?
– Меньше, чем ты думаешь. – Он постучал пальцем по сигарете, стряхивая пепел.
Между нами проплыли оранжевые искорки.
– Не все меряется деньгами, детектив.
– Что это значит?
– Это значит, что иногда можно просто наставить пистолет на чью-то жену, и, возможно, этот человек начнет работать на тебя.
Он произнес это другим голосом, холодным и резким. Ни тени улыбки в нем больше не слышалось.
– Так почему ты приехал? – спросил я. – Слышал, у тебя проблемы с деньгами.
– А я слышал, что ты помог мне их решить.
Я пристально посмотрел на него. Он шмыгнул носом. Вид у него был почти скучающий.
– Эти фермы очень для меня важны. Любая проблема, связанная с ними, любой сбой в работе отражаются на бизнесе, и не лучшим образом. – Он глубоко затянулся и медленно выпустил струйку дыма. – И твое присутствие здесь, детектив… Я думаю, ты вреден для бизнеса.
Я посмотрел в сторону кустов, куда бросил револьвер, но в темноте было ничего не разглядеть. За спиной у меня неловко переминался с ноги на ногу фермер. Я посмотрел на Джо.
– Так и будешь молчать?
– У тебя серьезные неприятности, сынок, – ответил Джо.
– Перестань называть меня сынком, – оборвал его я. – Говоришь как идиот.
Марченко сухо рассмеялся и шагнул ко мне.
– Ты такой остряк. Да только шутки твои не оттого, что ты смелый.
– Нет?
– Нет. Думаю, ты от страха такой разговорчивый. Вот и мелешь языком, скрываешь, что боишься. – Он наклонился ко мне. – Думаешь, детектив, тебя здесь кто-нибудь найдет? А? Ляжешь в безымянную могилу.
Я сглотнул.
– А ты думаешь, что убьешь офицера полиции и тебе это сойдет с рук? Да ты сумасшедший.
– Ты шпионишь за своим напарником и называешь меня сумасшедшим. – Марченко выпрямился и пожал плечами. – Интересная точка зрения.
Он уже докуривал сигарету, и что-то подсказывало мне, что на этом наш разговор закончится, и закуривать еще одну он уже не станет.
– За мной придут. – Я уже чувствовал, как начинают дрожать колени. Эффект адреналина заканчивался. – Придут обязательно, ты и сам знаешь.
– Зачем им за тобой приходить, если за другими они никогда не приходили. За теми, кто был до тебя. Думаешь, ты будешь первым копом, которого я убью? Друг мой, это для меня не в новинку. Это просто хороший бизнес.
Марченко затянулся последний раз и отшвырнул сигарету. Она описала дугу и растворилась в ночном воздухе. Я так и не увидел, где она упала на землю. Марченко сунул руку в карман куртки и вытащил огромный серебристый полуавтоматический пистолет, больше похожий на ручную пушку.
– Пожалуйста, Томас. В поле.
Я повернулся, уже приготовившись бежать, но фермер снова ткнул меня дробовиком в спину, да так сильно, что я рухнул на свою «Импалу». Люди Марченко схватили меня за руки и потащили прочь через кукурузное поле. Я мельком увидел Джо; он стоял чуть в стороне с таким видом, будто все это его не касается.
В поле было темно; лишь моментами сквозь несшиеся по небу тучи проглядывала луна. Мы шли по свежему снегу между поломанными кукурузными стеблями. Наконец бандиты остановились и заставили меня опуститься на колени. Я почувствовал, как по ноге стекает и просачивается в ботинок теплая струйка.
Здесь все и должно было закончиться. На заснеженном кукурузном поле. Я услышал, как кто-то взвел курок. Это был Марченко. Он приставил мне ствол к голове. Я закрыл глаза и увидел ее. В ванне. С открытыми глазами. Вода еще не остыла.
– Подожди, – сказал Джо.
