Дочь фараона полностью

Нужно было признаться, только это бы означало, что мы видимся в последний раз. А я не могла, не могла расстаться с Хотепом. Всё что мне оставалось, это молча слушать его дальше.

— Ты прости меня, но это не получится быстро. Вчера Уаджи спросил сколько нужно, чтобы выменять одну из служанок Великой, но даже он отступил, — Хотеп тяжко вздохнул.

— Почему? — я задала глупый вопрос.

— У него нет столько, чтобы обменять, а у меня нет столько, чтобы выменять тебя, — ответ был очевиден.

— Я надеюсь ты не прислуживаешь Великой? — он ждал ответа.

Мне пришлось отрицательно покачать головой.

— У отца Уаджи тоже столько нет? — наивно спросила я.

— Я не могу его об этом просить, он и так многое для меня сделал и делает до сих пор. А Уаджи, это не настолько важно. Он выменяет её позже.

— А как её имя, может я её знаю… — мне думалось, я могу помочь одной из моих служанок обрести счастье с Уаджи.

— Эээ, не помню. Ях…Нет, не помню.

Я озадаченно задумалась, у меня была только Яххотен. Больше не было никакой Ях.

Неужели из-за этого моя черноглазая подружка так последнее время грустна?

— Не переживай Хотеп, я буду ждать сколько нужно. Не беспокойся, у меня все хорошо, — я взяла его за руку.

— Ты говоришь правду? Это так? — он смотрел мне в глаза.

— Да, — я обхватила его за пояс.

— Если вдруг тебя кто-то обидит, ты должна сказать мне. Слышишь, Нефе? Мне, я твоя защита, я и Таурт.

Мы вновь расстались, и долго не могли вновь встретиться. Во дворце все притихли, отец поднялся на ноги. Уж не знаю из-за регулярно выпиваемого нефер-нефер-нефер привезенного из Кермы, или это была временная бодрость. Он вновь как в молодости взял власть в Черной Земле в свои руки. Жрецы до того роптавшие, и недовольные притихли. А я вновь обрела немного свободы от так надоевших мне дворцовых ритуалов и частых обрядов в храмах, на которых была вынуждена находиться.

Для меня настало время знаний о моих предках. Об этом мне рассказывал сам Каа, о фараонах, что правили Черной Землей до него. Я уже знала, что каждый из них получал уас от своего отца. Сын от отца, а сейчас Каа хотел совершить невероятное и передать уас мне, своей дочери.

Мои предки были очень мудрыми и делали всё для процветания Черной Земли. Один из них был создателем единого Египта из-за давности лет, отец не мог сказать его точного имени. Мина, или Менее, а ещё его отождествляли с Хор-Ахой, правителем, упоминавшимся в надписях на стенах храмов. Хор (Гор) — имя одного из божеств, изображавшегося в виде сокола; оно входило в тронное имя фараонов. «Аха» значит боец. До него, и до того как наша династия стала во главе объединённого Египта, правил некий Нармер, воевавший в Нижнем Египте, только результат его войны уже не сохранился, из-за давности лет.

Все фараоны нашей династии: Джер, Се-мерхет и Каа, — имели покровителем бога Хора. Я должна была продолжить, заложенную фараонами традицию включения личного имени, или его части, в свое хорово имя. Имя отца звучало так, Хор-ка, Хор-сехен.

Но это было в будущем, а теперь я должна была по тем же традициям всех Великих женщин фараона, стать верховной жрицей одной или даже нескольких богинь.

Первым выбор фараона пал на богиню Амаунет, и я стала верховной жрицей Амаунет, а значит и всего Египта.

А затем я должна была стать верховной жрицей Хатор, жаль что мой голос никто не услышал, я бы выбрала Таурт. Но в храме где я когда-то воспитывалась, были послушные фараону жрицы. Они готовы выполнить любой приказ фараона и провести обряд, который был посвящен моей богине-покровительнице Хатор.

А для этого мне предстояло отправиться в храму богини, в плаванье по Нилу, в благоприятные дни названые жрецами. В этот раз я отправилась к храму в Дендере без фараона, одна. Сопровождало меня чуть ли не половина войска, вся охрана во главе с Оханом и целая меша во главе с Уаджи.

Каким-то чудом мне удалось перед отплытием, увидеться с Хотепом. Я долго ждала его возле хижины, но к своей радости дождалась. Он торопился, встреча была мимолетной, его по велению начальника войска куда-то отправляли. Мне не хватило смелости сообщить ему, что я тоже отправляюсь в путь.

— Я буду ждать твоего возвращения, — тихо проговорила прижав голову к его плечу.

— Не печалься, я скоро вернусь, — ответил и рукой провел по моим волосам.

— Так не хочу расставаться…

Слезы навернулись на моих глазах.

— Нефе, ты такая… — Хотеп наклонился и прикоснулся губами к моим волосам.

Я удивленно посмотрела на него не понимая, зачем он это делает, в ответ черные глаза Хотепа заблестели огнем.

Всю дорогу к храму в Дендере, я только и думала о черных глазах. Я-то глупо улыбалась своим мыслям, то вдруг печально склоняла голову, тоскуя о друге. Охан косил на меня глазом, но молчал и я была ему за это благодарна.

Когда барисы пристали к западному берегу Нила в Верхнем Египте, я тяжко вздохнув отдала себя во власть служанок, которые приступили к приготовлениям к моему торжественному выходу, всё как уже заведено. Парик и шути, синий калазирис, в цвет одежд фараона.