– Вы там были, – «плеснула холодной водой» Грознова и положила перед ним планшет. – Это запись с видеокамеры, установленной над служебным входом театра. Время – двадцать один час сорок две минуты. Вы выходите на улицу. На вас белые кроссовки, в которых вы играли спектакль и которые вы нам совершенно добровольно дали сегодня. Кроссовки чистые, вероятно, с того вечера вы их не надевали, более того, у них вымыта подошва дезинфицирующим веществом. Вы постарались уничтожить все следы своего пребывания в квартире Лепешкина. Но… есть деталь. Когда ударили Лепешкина, ваза упала на пол и разбилась. Куча осколков разлетелась. Да, вы постарались на осколки не наступить. Более того, наверняка дома еще проверили. Однако осколки прозрачные, а подошва ваших кроссовок толстая, с замысловатым глубоким рисунком, и в одном из углублений застрял крошечный кусочек. Наш эксперт его нашел. И это стопроцентно доказывает, что вы находились в квартире в момент убийства. А вот теперь я хочу, чтобы вы все рассказали от начала до конца, без малейшего вранья. Только тогда я смогу сделать вывод: кто конкретно убийца – вы или Шишков.
С Гонтаревым Лиханов познакомился летом прошлого года, когда его пригласили вести день рождения дочери Виктора Иннокентьевича. Впрочем, всеми предварительными делами с Димой занимался Георгий Шишков – главный помощник Гонтарева, мужик, оказавшийся исключительно комфортным в общении. Он не торговался, не гнул пальцы и вообще был весьма приятным. Праздник прошел отлично, в конце к Диме подошел Виктор Иннокентьевич со словами благодарности и конвертом – дополнительной денежной премией поверх уже оплаченной работы.
– Всегда к вашим услугам, – сказал Дима, а Гонтарев ответил:
– Непременно воспользуюсь.
Воспользовался он в декабре с предложением провести предновогодний корпоратив. И опять все организовывал Шишков, с которым за прошедшие месяцы у Димы установились пусть не дружеские, но почти приятельские отношения. Они периодически созванивались (причем обычно первым звонил Георгий) и даже пару раз вместе ужинали (опять же по инициативе Георгия, который, не принимая никаких возражений, за все платил сам). Объяснял свое внимание просто: Дима нравится ему как артист и при этом интересный человек. О своей работе Шишков рассказывал мало, но очень интересовался делами Димы, что, разумеется, льстило.
Предновогодний праздник вновь прошел отлично и вновь завершился дополнительной премией, а в первых числах января Георгий предложил встретиться для серьезного разговора.
Начался разговор несколько туманно, правда, чего уж скрывать, – приятно. Георгий принялся рассуждать об актерской судьбе и конкретно о судьбе самого Лиханова, которая, с учетом Диминого таланта, должна складываться более ярко, причем не только в театре, но и в кино. Дима, разумеется, не возражал, сообщив, что в начале февраля едет на съемки, правда, опять крошечная роль, однако актеру из провинции пробиться сложно, хоть он и пытается. Георгий тогда заметил, что нужны серьезные покровители, и на Димину кислую гримасу (дескать, где взять?) отреагировал многообещающе: Виктор Иннокентьевич проявляет серьезную заинтересованность.
Но затем пояснил более конкретно. Известно, что Лиханов учился и даже в свое время приятельствовал с Кириллом Лепешкиным, который ныне известный драматург. Так вот надобно бы Диме возобновить знакомство. На слова «Я не против, только каким образом и зачем?», последовал ответ: «Соответствующие наводки будут даны, а вот – зачем, прояснится в дальнейшем».
Дима, разумеется, не отказался. Тем более, что наводки ему дали очень точные, а к ним в придачу деньги на, как выразился Георгий, сопутствующие расходы.
Появлению давнего (и подзабытого) приятеля Лепешкин удивился, но отказываться от встречи не стал, и они гораздо лучше, чем ожидал Лиханов, пообщались в приличном ресторане (за Димин, естественно, счет), договорившись в дальнейшем не теряться.
А спустя еще какое-то время Георгий спросил: не пора ли Диме обзаводиться своим жильем, а именно – купить вполне приличную квартиру Лепешкина, все равно тот в город не собирается возвращаться?
– Мне не хватит денег, – признался Дима, на что Георгий махнул рукой:
– Не проблема, Виктор Иннокентьевич готов одолжить на неопределенный срок, без процентов, а в дальнейшем может вообще долг списать.
Дима не был дураком, в благотворительность верил только в пределах определенных границ и потому спросил напрямую:
– Зачем все это надо Виктору Иннокентьевичу?
Георгий помолчал пару минут и сказал:
– У Лепешкина есть сосед, Анатолий Тимофеевич Буров, очень надо, чтобы ты, Дима, с ним тесно задружился, а для этого необходимо рядом поселиться.
– Зачем? – вновь спросил Дима, на что было сказано: если согласен, если договорится с Лепешкиным, заселится в его квартиру, тогда получит четкую информацию. Но в любом случае от Лиханова не потребуется ничего чрезмерно трудного, незаконного или опасного.
