Конни с Гарри сидели рядом в угасающем свете дня. Конни услышала какой-то шум снаружи и бросила взгляд на окно мастерской.
– Вы что-нибудь слышали?
– Нет, – сказал он. – Ничего.
– Наверное, просто сороки.
Конни оглядела мастерскую в серой пелене сумерек. Все приобрело странные очертания – удлиненные черные тени, искаженные, острые формы. Стеклянный купол с лежащей внутри галкой ловил последние отсветы сырого, угасающего дня и отбрасывал преломленные блики на деревянную поверхность скамейки. Конни понимала, что птица пролежала уже слишком долго. Придется избавиться от нее, похоронить, как только Гарри уйдет. Она такая красивая, но процесс распада уже начался.
Конни встала.
– Я ждала миссис Кристи к этому времени. Должно быть, уже шестой час.
Гарри взглянул на свои карманные часы.
– Половина седьмого.
– Так поздно!
– Вы ждали, что она придет?
Конни вздохнула.
– В общем, нет. Она волновалась, когда разговаривала со мной утром, и еще больше – когда читала записку. Пришлось уговаривать ее прийти. Может быть, лучше мне самой зайти к ней?
– Хотите, я пойду с вами?
– Думаю, вдвоем мы встревожим миссис Кристи еще больше. – Она вздохнула. – Нет, думаю, нужно действовать как договорились. Я приеду в Чичестер завтра утром, в десять часов. Если к тому времени ваш отец еще не объявится, мы вместе пойдем к сержанту Пенникотту. А там посмотрим.
Гарри кивнул.
– А ваш отец?
Улыбка исчезла с лица Конни.
– Буду ждать дальше. Надеюсь, он вернется, когда ему заблагорассудится.
Гарри поколебался.
– Вы не думаете, что с ним могло что-то случиться?
– Нет. Во всяком случае, не уверена.
Тут послышался стук в парадную дверь.
– Вот и она, – сказал Гарри. – Миссис Кристи все-таки пришла.
– Не думаю, что она пришла бы с таким опозданием, и, во всяком случае, не к парадной двери.
Конни вышла в холл, прислушалась – не раздадутся ли шаги Мэри в коридоре. Никто не вышел.
– Странно, – сказала она.
– Во сколько она уходит домой в конце дня?
– В семь часов, но всегда говорит мне, когда уходит.
– Может быть, на кухне дверь закрыта и она не слышала. Хотите, я пойду вместо нее?
Конни покачала головой. Ей было приятно осознавать, что они так привыкли за этот час к обществу друг друга: настолько, что Гарри забыл, с какой скоростью разлетятся сплетни, если он откроет дверь.
– Думаю, будет лучше, если я открою сама, – сказала она.
В этот долгий день все было так странно. Мир словно бы остался прежним, и в то же время совершенно преобразился. Пожалуй, Конни уже много лет не говорила столько, сколько сегодня, – во всяком случае, о себе. Может быть, никогда. Потом она догадалась, что Гарри не хочется оставаться одному в быстро темнеющей мастерской.
– Почему бы вам не пройти в гостиную? Последняя комната слева, в конце коридора. Я уверена, что на сей раз это не Пенникотт, но на всякий случай вам лучше не попадаться на глаза.
Дэйви Ридман не мог больше оттягивать возвращение домой. Он тянул свой чай как можно медленнее, однако Мэри уже теряла терпение.
Дэйви нахлобучил кепку на голову, снова повесил на шею краденый бинокль, а затем, к удивлению Мэри, быстро чмокнул ее в щеку.
– Нахал, – упрекнула она, хотя и с улыбкой.
– Спасибо, Мэри.
Мальчик не спеша вышел из кухни и направился через буфетную к задней двери.
– Гляди не влипни в неприятности, – крикнула она ему вдогонку, – а то мама найдет, что сказать по этому поводу.
– Ну да, как же!
– И я тоже, имей в виду!
Дэйви постоял немного в саду, любуясь небом цвета макрели и наслаждаясь редким ощущением набитого живота. Он зевнул. Хороший был день, побольше бы таких. Заработал два пенса, пообедал как король, и никто ни разу не обошелся с ним по-свински. Он смотрел на облака, гадая, скоро ли снова пойдет дождь. Домой идти не хотелось. Промокнуть, оставшись ночевать на улице, тоже не хотелось, хотя это был все же более привлекательный вариант.
И тут он вспомнил про ле́дник. Там есть маленькое кирпичное крылечко – какое-никакое, а укрытие, если ветра нет. Дэйви решил, что там его никто не будет беспокоить. Мэри так и не нашла пропавший ключ от висячего замка, хоть и потратила полдня на поиски. Дэйви ключа не крал, но сейчас подумал, не укрыться ли там на ночь. Вряд ли мисс Гиффорд будет возражать, а Мэри знает, каково ему приходится дома.
Он, крадучись прошел вдоль стены мастерской. Сквозь открытые высокие окна доносились голоса мисс Гиффорд и Гарри, и Дэйви тихонько присвистнул. Столько времени прошло, а они все разговаривают. Он был доволен. Как говорила миссис Кристи, Конни нужно хоть изредка бывать в обществе сверстников.
