Наконец возник лучик света, стал опускаться, дошел до глаз, скользнул по ногам. Руки с веревкой замерли. Она затаила дыхание, прислушиваясь.
Снаружи кто-то ходил.
С трудом, неуклюже, она кое-как обмотала веревку вокруг ноги. Достала руку власти. Необходимо было соблюдать полную тишину, поэтому она двигалась мучительно медленно. С трудом она вытащила из кармана зажигалку.
Распахнула дверцу. Освободила ногу. Выскочила из ящика.
Гном в ливрее перепуганно глядел на неё.
— Эй! — крикнул он. — Что вы…
Она поднесла огонек к фитилю. Родилось пламя. Пламя отразилось в расширившихся глазах гнома. Крошечный огонек затанцевал в каждом зрачке. Джейн зажгла второй огарок.
— Где Гальяганте? — спросила она. Гном держал в руках серебряный поднос с двумя рюмками, салфетками и пустым шприцем.
Они находились в углу столовой. Невозможно длинный стол, уставленный высокими серебряными канделябрами, тянулся к противоположной стене, но до неё было слишком далеко. Гном движением подбородка указал на отдаленную дверь.
— В большой спальне, — прошептал он. — Он не один.
Она зажгла третий огарок.
— Есть ещё кто-нибудь в квартире?
— Нет. Только я. Он. И его гостья. — Загорелся четвёртый огонек. Восемь отражений прыгали в глазах гнома.
— По-моему, тебе хочется пойти полежать.
— Да. — Гном, как одурманенный, прошел мимо неё в коридор. Лифт узнал его и распахнул перед ним дверь. Он исчез.
Время было дорого. Зажженные свечи нельзя заменить другими. В запасе у неё оставалось минут двадцать, не больше.
Джейн принялась за работу.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Она никак не думала, что будет так трудно найти что украсть. Держась подальше от спальни, Джейн быстро обследовала остальные комнаты — большие, хорошо обставленные и совершенно бесполезные для неё. Там стояли бюро из тигрового клена и шкафчики красного дерева с удивительной резьбой. В хрустальных вазах красовались белоснежные тюльпаны или бледные светящиеся грибы с длинными тонкими ножками. Под ногами лежали ковры, над каждым из которых трудилось несколько поколений ткачей. Предполагалось, что кредитная карточка, привязанная к руке власти, приведет её к хозяйским сокровищам, но рука поворачивалась только туда, куда её поворачивала сама Джейн. Можно было сойти с ума от досады. Её окружали бесценные вещи, но взять с собой было нечего.
Прошло шесть минут. Осталось четырнадцать. Быстро и бесшумно она осматривала комнату за комнатой. Стены были увешаны картинами. Сцены борьбы — пронзительный крик борца, нога выбрасывается вперёд. Домашние сцены — элегантные господа блюют в сверкающие раковины из фарфора. Для Гальяганте только самое лучшее.
Осталось девять минут. Джейн забрела в тупик — полутёмная гардеробная, ни одного окна. И вдруг рука власти похолодела, как лед, и шевельнулась. Джейн открыла шкафчик, откинула в сторону шелка и твиды и обнаружила сейф. Не сразу, но сейф все же признал кредитную карточку хозяина и открылся. Внутри оказалась стопка банкнот — Джейн быстро их перелистала: хватит на все! — а также документы и драгоценности.
Ну наконец! Джейн стащила с плеча рюкзак, запихала в него банкноты. Документы брать не стала. Кольца, булавки, бриллиантовые браслеты рассовала по карманам куртки.
Осталось четыре минуты.
Она уже прошла столовую, когда её внимание привлекли серебряные подсвечники. Они были такие массивные, так мягко поблескивали! В последний момент она протянула руку и схватила один из них.
Её ударило током. Рука в перчатке прилипла к подсвечнику. Мышцы свело судорогой.
— Караул! — завопил подсвечник. — Воры! Грабят!
— Пусти! — закричала Джейн. Подсвечник было не сдвинуть с места, он был намертво прикреплен к столу. И орал без умолку.
— Воры! Грабят! Караул!
— Что тут происходит? — Дверь спальни распахнулась.
Джейн обернулась и увидела стоящего в дверях Гальяганте. На нём был шелковый халат, наскоро прихваченный в талии. Сзади виднелась кровать под балдахином. Рама была белая, а ножки имели форму борзых, стоящих на задних лапах. Углы простыни борзые держали в зубах. На подушках лежал яркий световой шар, сияющий кокон, сквозь который что-то смутно проглядывало, чье-то тело, изгибающееся там, внутри. Тело нимфы.
Дверь закрылась. Гальяганте подошел к ней — гневный, с пылающими глазами, в обличье власти, настоящий эльфийский владыка. Поднялся ветер, обвеял Джейн, яростно растрепал волосы. Она протянула перед собой амулет, но огоньки свечей задрожали, мигнули и погасли.
Джейн отступила бы назад, но проклятый подсвечник держал её, не давая сделать ни шагу. Он все вопил:
— Хозяин! На помощь! Держи вора!
У Джейн мысли путались из-за этих воплей.
— А ведь я вас знаю! — Гальяганте, хмурясь, смотрел на неё. — Студентка-алхимик, верно? — Он щелкнул пальцами, и подсвечник умолк. Утих ветер. Очень деликатно эльф снял рюкзак у неё со спины и перебрал содержимое. Банкноты он аккуратной пачкой сложил в сторонке. Оставив рюкзак на столе, он обшарил её карманы и вытащил драгоценности. Джейн не пыталась сопротивляться. Попалась так попалась.
