— Не думаю, что ворона стоит дорого. Они летают повсюду. — заметил Алан.
— Соглашусь. Никогда не видел, чтобы ворон продавали.
— Вран, это просто выражение такое. — я недовольно зыркнула на них. Что за дети. Даже элементарных идиом не знают.
— В любом случае… Она права, Ал.
— Да знаю я, — раздражённо ответил сын графа и смерил меня взглядом, словно оценивая стоимость. Через какое-то время он произнёс: — Ла-адно. Мы нанимаем тебя. Но обещай, что не обманешь и будешь работать честно.
— Если только вы будете платить без обмана. — кивнула я. Это замечание явно задело гордость Алана и он недовольно цокнул языком. Он протянул ладонь для заключения договорённости. Я усмехнулась:
— Не-а, мне такое заключение контракта не нужно.
— Тогда… — он кивнул на бумагу, валявшуюся на столе.
— Нет. Давай по-моему. Не бойся, в этом нет ничего страшного. — я дружелюбно улыбнулась, видя по глазам, что Алан уже начал готовиться к самому ужасному, что только может быть в его жизни.
Я взяла его за руку, а затем прикрыла глаза. Вообразив себе свой ларимар, я сконцентрировала энергию, что находилась в окружении в пульсирующий комок, а затем позволила ему разойтись по моим венам и жилам. По всему телу. От макушки головы и до кончиков пальцев. Наконец, я вновь собрала силу в одну плотную маленькую сферу и послала к своей левой руке, которой я держала ладонь Алана. Тот сразу же зашипел, пытаясь сдержать крик боли, словно я опустила его руку в бадью с раскалённым железом. Я знала, что будет неприятно или больно. Но таким способом он больше никогда не сможет меня обмануть. Не посмеет. Я опустила его руку и мило улыбнулась.
— Ну, вот и всё. А ты боялся. Ничего же не было такого, да? — я невинно посмотрела него, словно он всё выдумал и не было ничего больно. Алан с ненавистью взглянул на меня, но после, переведя взгляд на Миранду процедил:
— Ты права.
И он тут же вскрикнул, словно от адской боли. Мальчишка схватился за ладонь, что жгло, словно туда впились тысячи горящих игл. Я прекрасно знала это чувство, так как ещё в детстве испытала его на себе. Отец никогда не любил лжецов.
— Ч-что ты сделала?! — возмутился он. На аметистовые глазах выступили слёзы.
— Ничего особенно. Просто теперь ты не сможешь врать.
— Всем?!
— Только мне. Не бойся. — я подошла к нему и похлопал по плечу, а после добавила так, чтобы меня слышал только он: — Это тебе маленький урок: не заключай договоров, предварительно не обсудив условия.
— Ты змея. — выдохнул он также тихо.
— Спасибо, я знаю. — я улыбнулась, а затем громче спросила: — Так что? Тебе больно?
Он немного помедлил, прикусив губу, но затем сдался:
— Больно.
В ту же секунду он удивлённо посмотрел на свою ладонь, а затем на меня. Боль явно прошла и я довольно улыбнулась.
— Откуда у тебя такое заклятие? — шикнул он.
— Прочитала в книге. — мило ответила я. Алан лишь с подозрением посмотрел на меня, явно недоверяя, но сдался.
— Ладно, мальчики. Мы пойдём наверное. Да, Миранда? — я посмотрела на подругу, что всё это время наблюдала за разворачиваемым действием с широко распахнутыми глазами. Впрочем, как Каис. Она кивнула и мы ушли. Перед прощанием я одарила Ягура премилейшей улыбкой и тот зарделся. Что же, это будет просто.
По дороге оказалось, что Миранде нужно было ещё кое-куда заскочить и я пожелала ей удачи, обняв на прощание. Так наши пути разминулись. Я понятия не имела куда направится, посему выбор пал вновь на сад. Там было тихо и спокойно. Не было этого свода над головой и стен вокруг. В тот момент я не хотела предаваться воспоминаниям, посему поспешила покинуть поместье. Я весь день старательно отгоняла воспоминания, что словно назойливые мотыльки не желали оставить горящий фонарь.
Я шла по дорожке, устеленной мелким гравием. Из головы всё никак не выходил тот образ императора вместе с Вирианом. Кто они? Родственники? Друзья? А, быть может, просто решили поговорить? Не думаю, что император тот человек, с кем можно просто поболтать. Я задумчиво посмотрела вверх.
— И почему же всё так сложно? — тихо спросила я скорее у самой себя, чем у небесной тверди.
