Группа из пяти женщин была задержана и связана комиссарской портупеей. Новость дошла до газет, тем более что в тот же день произошло несколько подобных случаев в различных провинциях. В Оренсе налетчики остановили жизнь в городе, оставив его без торговли, транспорта и газет. Донью Инес разбудили, когда солнце осветило террасу Сиес, и уже в комиссариате она сделала работницам строгий выговор.
Когда они возвращались из комиссариата, донья Инес заговорила о происшествии, чтобы выяснить, знала об этом Клара или нет, и если знала, то почему ничего не сказала. Когда они дошли до холма Святого Духа, девочка созналась. К удивлению сеньоры, у нее было полно аргументов. На их выслушивание ушло много времени, причем Клара с начала до конца изложила их, не переводя дыхания и не сделав ни одной паузы. Она говорила настолько убедительно, что в тот же день сеньора Вальдес отдала управляющему приказ, который не подлежал обсуждению.
– Пока не кончится война, мы будем получать меньше, чтобы эти женщины ели больше.
Так и получилось: рабочие лесопильной фабрики в Пунта до Бико стали получать по пять песет в час. Донья Инес лично донесла до них свое распоряжение, чтобы от них не ускользнула ни одна подробность, и подчеркнула одну вещь, обращаясь к мужчинам.
– Вас я прошу не пропивать в кабаках свою повышенную зарплату. Женщины, смотрите за ними, чтобы они не пили. Если замечу, что кто-то выпил, дневное повышение зарплаты будет заморожено.
Со временем донья Инес узнала, что мужья делали то, что им нравится, и жены никак не могли на это повлиять, так что она оставалась глуха к тому, что то одного мужа, то другого видели на рассвете таким пьяным, как будто он выпил целую бочку вина.
Дежурные стукачи докладывали ей о том же.
– Передай ему от моего имени: поймаю – убью.
Было прекрасно известно, что она и мухи не убьет, однако в гневе она внушала страх.
Сантиагинья и другие нападавшие на склад так никогда и не вернулись на фабрику. Какое-то время они провели в тюрьме, откуда вышли с тощими животами и лицами, испещренными морщинами.
Великая война закончилась, поскольку ни одна война не длится сто лет, однако бывает любовь, которая длится всю жизнь.
Годы, проведенные в Гаване, не прошли напрасно.
Город по-прежнему овевал нежный ветерок, так непохожий на бриз в Пунта до Бико, и приятно ласкал дона Густаво, когда тот завтракал.
В то утро он держал в руках ворох писем от доньи Инес. В положенное время он ответил на все.
Он попросил служанку Мерседес принести чистые листы бумаги и перо, которым подписывал документы.
