Кейтлин ждала, что Эллиотт придет ее навестить. Когда он не появился, она растерялась. И поговорить было не с кем. Джордж отводила взгляд. В тот вечер в столовую она не пошла. Сказала миссис Коллинз, что плохо себя чувствует. На самом деле ей было невыносимо видеть, как все на нее смотрят.
Она сидела одна в спальне, глядя в окно в темноту. В дверь постучали.
Она встала, чтобы открыть, думая, что, наверное, миссис Коллинз зашла ее проведать. Но обнаружила сердитую Элизабет.
У Кейтлин душа ушла в пятки. Значит, Элизабет тоже слышала.
– Надо сообщить о том, что он сделал.
Тон Элизабет не допускал возражений. Сегодня в столовой шестого класса до нее дошли слухи о Кейтлин с Эллиоттом и близнецами Эшфорд… Морган радостно распространяла новость повсюду.
Сначала Элизабет решила, что это просто разговоры. Она поднялась в комнату Кейтлин, чтобы они могли все прояснить. Но, увидев Кейтлин с красными глазами и серой кожей, она поняла, что за этим кроется нечто большее. Заставив сестру рассказать свою версию истории, старшая быстро поняла, что на самом деле произошло прошлой ночью.
Кейтлин была просто слишком наивна, чтобы разобраться. Она решила, что напилась и согласилась сделать то, о чем теперь сожалеет. Но Элизабет не проведешь. Она и раньше слышала перешептывания, но не верила, что Эллиотт действительно падет так низко, хотя от близнецов можно было ожидать всего. Что ж, на этот раз им это с рук не сойдет. Элизабет за этим присмотрит.
– Пойдем к доктору Филлипс, – сказала она. – Я пойду с тобой, прикрою.
Но Кейтлин была непреклонна.
– Нет, не хочу. У меня все нормально…
– Нормально? – взорвалась Элизабет. – Боже! Неужели ты ничему не научилась? Слушала бы меня с самого начала, тогда…
Она не договорила, но было слишком поздно. По боли в глазах Кейтлин она поняла, что та уже закончила предложение за нее: тогда, возможно, этого бы не случилось.
Черт. Неужели она и впрямь это сказала? Ей не хотелось обижать Кейтлин. Но успокаивать Элизабет просто не умела. Зато умела действовать. И она частично чувствовала себя виноватой. Будь она не так занята, могла бы догадаться, что замыслили Эллиотт и компания, и прекратить это. Она обещала присмотреть за Кейтлин и потерпела поражение. А теперь понятия не имела, как исправить дело.
Кейтлин посмотрела на Элизабет. Та была вне себя от ярости. У Кейтлин не было ни ярости, ни злости. Она чувствовала себя… виноватой. Что бы ни говорила Элизабет, она не могла отделаться от чувства вины. Она ведь этого хотела, верно? И все время, пока была с Эллиоттом, думала, как это бывает. Может, он это почувствовал. Элизабет сосредоточенно смотрела на нее.
– Ты ни в чем не виновата, – сказала она, словно читая мысли сестры.
– Может быть, – медленно ответила Кейтлин. – Но, пожалуйста… никому ничего не рассказывай.
– Кейтлин…
– Нет.
На этот раз Кейтлин настаивала. Ей хотелось все это забыть. Привлекать директрису – только хуже будет.
– Я серьезно. Поклянись, что не скажешь.
Кейтлин видела, что Элизабет с ней не согласна, но знала, что сестра не из тех, кто станет действовать за спиной. Если она пообещает, то обязательно сдержит слово.
– Пожалуйста, Элизабет. Это мое дело. Я так хочу.
Старшая только вздохнула, неохотно сдаваясь.
– Хорошо. Я ничего не скажу. – Она угрожающе прищурилась. – Но я все равно считаю, что спускать такое нельзя.
Через несколько дней сплетни о Кейтлин сменил более громкий скандал.
Доктор Филлипс, директриса «Грейкорта», получила анонимные сведения, что кто-то из шестого класса хранит в комнате большое количество наркотиков. На такое заявление не реагировать нельзя. На рассвете следующего дня четверо сотрудников школы провели импровизированную проверку комнат шестиклассников.
Поиски заняли чуть больше сорока минут. И наконец закончились, когда в общей гостиной Эллиотта Фолкнера и близнецов Эшфорд нашли полкило кокаина. Всех троих увели в кабинет доктора Филлипс прямо в спортивных шортах и футболках, где они заявили о своей невиновности.
Но им никто не поверил. Вокруг них не впервые ходили такие слухи. Руководство школы закрывало глаза на личное потребление, но на этот раз ребята зашли слишком далеко – тяжелые наркотики, да еще и в количестве, на которое невозможно закрыть глаза. Всех троих немедленно исключили.
– Если они уйдут «по собственному желанию», мы не станем привлекать полицию, – заявила доктор Филлипс родителям.
Элизабет об этом деле не упоминала, а Кейтлин не спрашивала прямо, не приложила ли сестра к этому руку. Но, встретившись с Элизабет в коридоре, Кейтлин ей улыбнулась. И впервые Элизабет улыбнулась в ответ.
Последние несколько дней семестра пролетели незаметно. Кейтлин делала все, что нужно, смеялась в соответствующих местах над пантомимой, которую ставили в младших классах, пела на рождественской службе, дергала хлопушки на рождественском обеде. Внешне все было совершенно нормально. Но прежней Кейтлин, какой она была до той ночи, уже было не вернуть. Джордж пригласила ее погостить несколько дней на рождественских каникулах, но Кейтлин просто хотелось, чтобы ее оставили в покое.
