Сломить его не составило труда. Через пять минут незваные гости едва вспотели, а Билли лежал, свернувшись калачиком, на полу и всхлипывал, как девчонка. На битах налипли кровь и кусочки кожи. На ковре лежали два зуба, похожие на резцы, но точно он не мог сказать. Все болело, как в аду.
Наконец мужчины отступили. Он лежал тихо, гадая, чего они ждут. И тут снова услышал в коридоре шаги. В дверях появилась фигура.
Заплывшим правым глазом Билли увидел стоящего над ним пожилого мужчину в темно-сером костюме. В отличие от других, это явно не было его обычной работой. Но что-то в холодном выражении лица напугало Билли еще больше. Для тех троих это был просто бизнес. А для пожилого – что-то личное.
Мужчина протянул руку за битой. Он поднял ее высоко, и Билли приготовился к удару. «Последнему», – подумал он. Потом все исчезло.
Уильям Мелвилл пнул неподвижное тело Билли Райнера кожаным ботинком. У избитого вырвался тихий стон, подтверждая, что он не мертв, а без сознания. Хорошо это или плохо?
Его маленькая девочка. То, что ублюдки с ней сделали… Он закрыл глаза, стараясь отгородиться от этих мыслей. К счастью, когда Билли передал кассеты знакомому, то, видимо, от большого ума похвастался тем, кто в фильмах исполняет главную роль. Торговец порнографией, Рэнди Диксон, – вы не поверите – узнал имя Мелвилла, увидел возможность быстро подзаработать и связался с Уильямом, правильно предположив, что тот заплатит небольшое состояние, чтобы видео не попало на рынок. Еще немного наличных – и у Уильяма оказались имена и адреса двух тварей, которые все это организовали.
Уильям мог обратиться в полицию, но нельзя было допустить огласки. Он решил не рисковать и осуществить возмездие своими руками. На Олд-Кент-Роуд всегда полно парней, готовых на грязную работу за наличные и не задающих вопросов.
Сперва разобрались с Джеком. Поймали вместе с грузовиком и бросили истекающего кровью на обочине шоссе М6. Потом нанесли визит Билли. Уильям не считал себя жестоким, но получил глубокое удовлетворение, нанеся последний удар.
К несчастью, трудности ждали впереди. Теперь ему придется разбираться с Эмбер. В тот же вечер он забрал ее из поместья «Бомонт», заранее решив, что назад она не возвратится. Сейчас она сидела на заднем сиденье «Бентли» и ревела. Что с ней делать, он пока не знал.
Изабель хотела, чтобы Эмбер немного пожила дома. Она заявила, что у девочки низкая самооценка и ее не наказывать нужно, а показать, как они ее любят. «Безусловная любовь», – твердила она вчера вечером. Какая чушь! Наверняка эту чепуху вбил ей в голову шарлатан-психиатр, которого она посещала каждые две недели. Уильям не соглашался. По его мнению, с Эмбер нужно было обращаться строже. Теперь придется принять крутые меры. «Пока не поздно», – совершенно недвусмысленно заявил он Изабель. Они спорили всю ночь до самого утра.
Выйдя на улицу, на заднем сиденье машины он мельком увидел младшую дочь, чье красивое личико покраснело от слез. Как ему хотелось взять ее на руки и прижать к себе. Но нужно держать чувства в узде, сердце твердым, а разум ясным. Всю дорогу сюда он слушал, как она выкрикивает имя Билли, умоляя его не трогать, признаваясь в любви к нему. Уильяма напугало то, что она не имеет ни малейшего представления о том, что ублюдки с ней сделали. Даже после того, как он рассказал ей о том, что они продали кассету, она все еще считала, что они о ней заботились.
Когда он вернулся в машину, она на него не смотрела. Ну хоть реветь перестала, подумал он. Рыдания перешли в редкие всхлипывания. Он хотел ей что-нибудь сказать, но не придумал, что именно. Единственное, что пришло ему в голову: чтобы защитить, нужно ее отсюда увезти. Куда-нибудь еще, прочь отсюда.
Он включил переговорное устройство.
– Перкинс?
– Слушаю, сэр? – проворно и деловито ответил водитель.
Ни намека осуждения или любопытства к вечерним событиям. Ему платили за то, чтобы он не замечал и не вмешивался.
– Отвезите нас в Хитроу. Нужно успеть на самолет.
Мотор заработал. Когда они выехали с подъездной дорожки, Уильям немного расслабился.
– Куда мы летим? – дрожащим голосом спросила Эмбер.
Он не ответил. На самом деле он пока понятия не имел, куда отправляет Эмбер. Но по пути все должно выясниться.
Когда лимузин доехал до Хитроу, Эмбер значительно приободрилась. Сидя по-прежнему с каменным лицом, она втайне наслаждалась событиями вечера. Отец все еще с ней не разговаривал, не смотрел на нее, но из приглушенных звонков, сделанных им во время поездки, она узнала, что ее отправляют в Нью-Йорк на лето. Поскольку подразумевалось наказание, то все было не так уж страшно. Представитель «Британских авиалиний» быстро провел их через регистрацию и досмотр и сопроводил на посадку к ожидающему «Боингу-747». Не успели они занять места в бизнес-классе, как самолет взлетел.
