Но, хотя дел у нее было невпроворот, мыслями Элизабет все чаще возвращалась к Коулу и тому, что между ними произошло. Поздно ночью в изящной роскоши очередного безликого номера гостиницы она представляла его рядом: гладила его напряженные бицепсы и рельефную грудь, его мускулистая спина блестела от пота, когда он склонялся над ней, вспоминала темные, насмешливые глаза. В этом была особенность Коула: рядом с ним было трудно не чувствовать себя женственной. Ведь он был таким огромным.
В беспокойной тоске она ворочалась в постели, не в силах заснуть. Она могла бы просто спуститься в бар и подцепить для разрядки безымянного бизнесмена на ночь. Но отчего-то понимала, что теперь ей этого мало. С Коулом она почувствовала нечто большее, чем секс. Впервые в жизни Элизабет поняла, что готова кому-то довериться, подумать о серьезных отношениях.
После такого откровения ей страстно захотелось с ним поговорить. Она ждала его звонка. Может, они расстались не лучшим образом, но она думала, что он не держит на нее зла. Неделю спустя, когда он так и не позвонил, она перешагнула через гордость и позвонила сама. Его секретарша сообщила, что его нет на месте. Элизабет позвонила еще пару раз, оставив сообщения, которые он, несомненно, получил. Она прекрасно понимала, что он ее избегает. Когда они наконец созвонились, теперь обсуждая дела раз в месяц, он говорил сдержанно и безразлично. Ознакомившись с отчетом, Коул, похоже, не захотел задерживаться у телефона.
– У вас нет планов прилететь сюда? – как можно небрежнее спросила она.
– В данный момент нет, – коротко ответил он. – Секунду, Элизабет.
Она услышала, как он прикрыл трубку, и приглушенные голоса на заднем плане. Вернувшись, он резко прекратил разговор.
– Тут кое-что случилось. Мне нужно идти.
– Хорошо, – сказала она.
Но он уже бросил трубку.
Она посмотрела на телефон. «На этот раз я действительно все испортила».
После этого разговора она была настолько подавлена, что, когда через неделю позвонил Магнус Бергманн и сообщил, что он в Токио и хотел бы вытащить ее поужинать, она забыла о своем решении не встречаться со случайными мужчинами и согласилась на свидание.
«Неужели Магнус всегда был таким занудой?» – размышляла она за ужином в «Хамадая». Она обычно любила токийские ryo tei – церемонные японские рестораны изысканной кухни, обожаемые политиками и крупными дельцами. Но сегодня вечером она не удержалась от воспоминаний, насколько ей было интереснее с Коулом, когда они пили пиво в изакая. С Магнусом разговор шел вежливо и сдержанно, ни флирта, ни остроумных споров. Конечно, для своего возраста он еще был хорош, но, когда он взял ее за талию, в его руке не чувствовалось ни силы, ни власти. Она не ощущала себя как за каменной стеной.
– Я остановился в «Мандарин Ориентал», – сообщил он ей, расплачиваясь картой Platinum American Express. – Отсюда недалеко.
То ли из-за его самонадеянности, что она последует их обычному распорядку и все будет, как прежде, то ли потому, что она знала, что предпочла бы на его месте другого, но неожиданно ей захотелось бежать отсюда куда глаза глядят.
– Подбрось меня к моему отелю, – холодно попросила она.
Магнус удивленно поднял бровь, но возражать не стал.
Она ясно дала понять, что между ними все кончено. Умолять ее было ниже его достоинства – да и не стоило. Такому красавцу, да еще с тугим кошельком!.. Только кликни – на ее место набежит толпа девчонок. Ну, может, не таких особенных, как Элизабет, но кого, черт возьми, он обманывает? Вообще, именно поэтому он не хотел доводить отношения до серьезного. Магнус понимал, что со временем Элизабет придет в себя и найдет кого-нибудь своего возраста. И кто бы ни стал ее избранником, пусть он будет ее достоин.
Девушка ахнула. Что-то между поощрением и протестом, стон и резкий вдох. Люсьен неуклонно двигался над ней, сильнее и глубже с каждым толчком.
Она подошла к пику удовольствия чуть раньше: ее шумный восторг дал ему понять когда. Но у него никак не получалось. Раньше он не сталкивался с такой проблемой, но с некоторых пор…
Он даже не осознавал, с какой силой двигался, не замечал стиснутых зубов девушки или того, как она вцепилась в одеяло, пока наконец не выдавила:
– Может… попробуем… что-нибудь еще?
Он остановился на ходу, и она наклонилась, ободряюще сжав яички.
– Хочешь минет? – предложила она.
Он что-то проворчал. Не приняв ее предложения, отстранился, перевернул ее и вошел сзади. Только тогда закрыл глаза, думая о ком-то другом. Еще немного, и он наконец кончил, быстро и тихо.
Люсьен откатился от девушки, снял презерватив и потянулся за сигаретой – еще одна вредная привычка, к которой он вернулся. Не чувствуя удовлетворения, он смотрел, как девушка одевается. Недавно он начал сомневаться, заполнит ли когда-нибудь тьму, поселившуюся с ним в эти дни. Интересно, где сейчас Кейтлин. Где бы она ни была, он надеялся, что ей хотя бы наполовину так же муторно, как и ему.
Кейтлин училась в колледже на другом конце города. В эти дни большую часть времени она проводила там.
