Dodo — еще очень молодая и не такая крупная компания. Мы развиваемся на собственную прибыль. За нами нет больших денег. И нас не так много. Нам очень важен фокус. В данный момент у нас четыре стартапа. Закрытие Китая высвободит ресурсы — внимание, команду, финансы — для других направлений, которые могут принести больше отдачи на вложенные ресурсы и усилия. Нам нужен фокус.
Китай сегодня сжигает более ста тысяч долларов в месяц. И это не говорит о том, что мы делали что-то плохо или неэффективно, наоборот, мы работали круто, даже мегакруто. Наша команда на всех этапах показывала настоящие чудеса, а порой и настоящий героизм. Это объективная особенность рынка.
Китай — очень сложный конкурентный рынок и требует серьезного капитала для развития. Пожалуй, это один из самых развитых конкурентных рынков общественного питания в мире. Знали ли мы обо всех этих сложностях, когда принимали решение о старте в Китае, запуске новой концепции? Конечно, знали.
Но мы всегда были и останемся сторонниками того, чтобы искать, пробовать, учиться. Если бы мы не действовали так, нашей компании бы не было.
Федор несется на лонгборде вниз с горы по пустынной асфальтовой дороге. Наверху — его отель, где он единственный постоялец. Внизу — море. Идет второй год пандемии, и европейцев, обычно приезжавших на берег Марокко ради серфинга, сейчас нет. Свой сороковой день рождения Федор хотел провести именно так — в одиночестве. Точнее, наедине с природой и волнами.
Раньше он никогда не серфил. И в первый день на побережье Марокко около городка Агадира его тошнило от усталости уже после одного часа тренировки. Слабость собственного тела стала для него сюрпризом. Но и толчком тоже. Он просто обязан научиться серфить хорошо. В этом ему помогает инструктор — бербер по имени Яссин. Яссин катается на волнах с одиннадцати лет.
Федор основал «Додо» в тридцать лет и с тех пор упорно карабкался наверх. И чем дальше, тем больше ощущал себя Фродо — хоббитом, который идет к Ородруину. Когда в твоей компании работает двадцать тысяч человек, ты чувствуешь и власть, и ответственность — а также бремя того и другого. Но сейчас ему сорок, позади большой путь, и теперь его утро начинается с захватывающей дух поездки на лонгборде вниз с горы — к пляжу, где ждет новая битва с волнами. Небо в дымке, в лицо бьет ветер, и Федор ощущает удивительную свободу.
